Logo
8-16 мая 2017


 
Free counters!
Сегодня в мире
25 Май 17
25 Май 17
25 Май 17
25 Май 17
25 Май 17
25 Май 17
25 Май 17











RedTram – новостная поисковая система

На еврейской улице
Шлоймэ Ройтман:
«Идиш звучит, как песнь»
Зиси Вейцман, Беэр-Шева

Когда я начал готовить эти заметки о поэте Шлоймэ Ройтмане, то знал заранее, что в библиографических справочниках-приложениях к журналу «Советиш Геймланд» я не найду сведений о публиковавшихся там его стихах. Причина была ясна: советский еврейский поэт Соломон Иделевич Ройтман в 1973 году репатриировался в Израиль и, следовательно, по мнению писательского руководства страны и редактора журнала  нечего о нем и вспоминать.


Но помнили об этом талантливом поэте собратья по перу, читатели и почитатели его самобытного творчества. Помнил и я, впервые увидевший его стихи в сборнике-антологии еврейской советской поэзии «hоризонтн» («Горизонты», Москва, 1965)), в котором были представлены восемь стихотворений Шлоймэ Ройтмана, включая поэму «hониктрэгер» («Медоносец»), написанную в форме сонетов в 1961 году, когда уже был прожит солидный кусок жизни. Впрочем, поэт и сам был пчелой-медоносцем, неся людям сладость и радость творчества.

Совсем зеленый, лишь недавно выучившийся читать на идише и начавший кропать вирши по-еврейски, я гордился тем, что в январском номере «Советиш Геймланд» за 1971 год напечатаны мои стихи, а по соседству, под одной обложкой, публикация солидного поэтического цикла моего любимого автора Шлоймэ Ройтмана! Совпадение, случайность? Может быть. Ведь этот журнал был единственным еврейским литературным изданием на всю огромную страну, в которой после не таких уж давних чисток и репрессий оставалось еще немало творцов на идише, так что не мудрено нам было встретиться на его страницах. В журнальной подборке стихов Ройтмана я увидел щемящее стихотворение «Афн барг штэйт а демб» («На горе дуб стоит»), навеянное, вероятно, изумительной колыбельной великого Ицика Мангера (1901-1969) , всю жизнь бродившего по свету и проведшего остаток дней своих на израильской земле…

Будущий поэт появился на свет 1 февраля 1913 года в небольшом южно-украинском городке Молев на левом берегу Днестра (так его называли евреи, преобладавшие среди населения).. При советской власти этот город в Винницкой области разросся, стал именоваться Могилев-Подольским. Когда-то было в Молеве два десятка синагог, семь еврейских школ,Талмуд-Тора. До нашего времени дошел интересный факт: двести лет назад здесь появилось издательство, выпускавшее книги на иврите. Вот из этого источника, небольшого еврейского городка, и берут начало его стихи. Шлоймэ рано познал тяжесть труда, ведь он был из рода простых балмэлохэс – мастеровых, кормивших ремеслом свои многодетные семьи.

  Первое стихотворение Шлойме Ройтман (на снимке) опубликовал 12-летним мальчишкой в одном из детских изданий - харьковской пионерской газете «Зай грэйт!» («Будь готов!»), выходившей тогда два раза в месяц. Окончив среднюю школу, в тридцатых годах Шлоймэ печатался в газетах «Юнгэ гвардие» и «Биробиджанер штерн», журналах и альманахах «Ди ройтэ вэлт» (Харьков), «Советиш» (ежегодник, Москва), «Форпост» (Биробиджан), «Дер штерн» (Минск) и других еврейских периодических изданиях. Появлялись его стихи в молодежных коллективных сборниках «Литкомюг» (1933) и «Комюг» (1938). От его поэзии веяло дурманящим запахом весны и её звонким многоголосием. В еврейской поэзии Ройтман уже известен как один из талантливых поэтов. Сам Перец Маркиш весьма положительно оценивает его творчество.

В 1934 году Шлоймэ Ройтман поступил в МГПИ (Московский государственный педагогический институт, носивший тогда имя партийного деятеля А. Бубнова ), с зачислением на еврейское отделение литературно-лингвистического факультета – ЕВЛИТЛО.

В год окончания института  (1938-й) в Советском Союзе стали закрывать еврейские школы, и готовить для них педагогические кадры не было резона. Заведующий кафедрой факультета известный литературный критик, исследователь еврейской и западноевропейской литературы профессор Ицхок Нусинов (1889-1951) дает Ройтману рекомендацию в аспирантуру. Тремя годами позже, за несколько недель до начала войны,  Шлоймэ Ройтман защитил диссертацию на тему «Лирика Генриха Гейне». За эту диссертацию состав комиссии единогласно ему присвоил  научное звание «кандидат филологических наук». В этом же году успела выйти его первая книжка стихов «Вайнгертнер» («Виноградники»), в которой отчетливо было видно, как близки автору художественные средства народной поэзии, как самобытны его строфы, переходящие в мелодию стиха. В воздухе чувствовался запах пороха, Гитлер в Европе уже завоёвывал страны, и многим было ясно, что недалек  день и час, когда немцы приблизятся к советским границам.

Военнообязанным Ройтман не был, и с началом войны эвакуировался в Среднюю Азию. Когда в 1944-м освободили Украину от оккупантов, возвратился в родной город. Изредка печатался в газете «Эйникайт».В местной русской школе-десятилетке работал учителем истории и литературы.

В сентябре 1945 года Ройтман получил приглашение на работу в Москву, в издательство «Дер эмес». По рекомендации некоторых старейших еврейских писателей директор издательства Лев Стронгин назначил его старшим редактором отдела поэзии. В те годы еврейская литература в СССР еще обладала огромным творческим потенциалом, и тонкий вкус Шлоймэ Ройтмана вызывал уважение у поэтов, книги которых он редактировал. А ведь все авторы были такие разные, каждый со своим собственным стилем. Вместе с другом, критиком и литературоведом Мойше Нотовичем (1912-1968) опубликовал в первом номере альманаха «Геймланд» солидный труд «Октябрь и еврейская советская литература», проанализировав путь литературы на идише в СССР за тридцать лет (1917-1947).

Вторая книжка стихов Ройтмана вышла в 1947 году и называлась «Гут-моргн, зингер!» («Доброе утро, певец!»). В писательской среде и у читателей она получила отличные отзывы. Несмотря на бодрое название книги, утро в советской еврейской литературе ничего радостного не предвещало. Вскоре закрыли и ликвидировали все, что связано с еврейской культурой. Разгромили и единственное еврейское издательство «Дер эмес».

Именно в этот период наступившего всеобщего безумия, борьбы с «безродными космополитами», разгрома еврейской культуры в Советском Союзе, по ту сторону океана, в Нью-Йорке, был издан большой сборник «Ойф найе вэгн» («На новых дорогах», 1948), состоящий из прозы и стихов 67 (!) советских еврейских писателей и поэтов. Среди них были Ицхок Кипнис, Гирш Добин, Мойше Бродерзон, Герц Ривкин, Хаим Мальтинский, Исроэл Эмиот, Шлоймэ Ройтман…Некоторые из них об этом альманахе не ведали, а если и знали, то уже было далеко не в радость.

Патриарх литературы на идише, писатель Мише Лев (1917-2013), работавший с ним в издательстве «Дер эмес», вспоминал, что Шлоймэ Ройтман, будучи глубоко чувствительной натурой,находился тогда в полуобморочном состоянии. Ходил небритый, губы его дрожали. Тем не менее Ройтману в сравнении с другими крупно повезло: он, со слабым здоровьем, не был арестован и сослан в тайгу, на лесоповал, которого бы вряд ли выдержал. Скорее всего, предполагает Мише Лев, спасла невинная, аполитичная, без всяких намеков на национальность Генриха Гейне, его предвоенная диссертация. Лично я по этому поводу придерживаюсь мнения поэта и литературоведа Хаима Бейдера, который считает, что после того, как издательство закрыли, Ройтман устроился лектором западной литературы в пединституте города Йошкар-Ола, столицы Марийской АССР. Да и сам поэт позднее утверждал, что этот город, расположенный за Волгой, спасал его от террора против еврейской культураы и ее творцов. Собственно, Йошкар-Ола (тогда Царевококшайск) была местом ссылки еще с царских времен. Там он и оставался до самого отъезда в Израиль, будучи сначала лектором, а затем старшим преподавателем на кафедре русской и зарубежной литературы. Мало кто из студентов да и сотрудников знал, что отличник народного просвещения Соломон Иделевич Ройтман, преподаватель русской и зарубежной литературы, он же руководитель творческого кружка и научного общества студентов – прекрасный еврейский поэт, у которого выходили книжки стихов на родном языке.

В 1961году (июль-август) вышел первый номер журнала «Советиш Геймланд». Редколлегия журнала во главе с Ароном Вергелисом посчитала необходимым поместить в порядке знакомства с новыми читателями стихотворение Шдоймэ Ройтмана «Вос ин фидэлэ штэкт» («Что в скрипке заключено»). Читая это стихотворение, казалось, что где-то рядом играет скрипка.

В 1964 году московское издательство «Советский писатель» выпустило стихотворный сборник «Свет и тени» тиражом 7 тысяч экземпляров. А когда после столь длительного перерыва , как и у многих еврейских советских писателей, в 1971-м в Москве вышла его третья книжка на идише «Дер мамэс нигн» («Материнский напев»), в которую вошли созданные в 1950- 1960-е гг. стихи и поэмы «Дер плитн-трайбэр» («Плотогон»), «Нохн гевитэр» («После грозы» и др., радость была неописуемой. В произведениях поэта мастерски сочетались лирика и элементы эпоса. Автор не мог удержаться, чтобы не поехать на свою родину, в городок Молев, давно ставший Могилев-Подольском, чтобы навестить могилы близких, почитать стихи землякам. Пусть и не были евреи теперь в родном городке большинством, как во времена его детства и юности, но все-таки на его творческий вечер собралось достаточно народу, и скромный зал, в котором сидели седые ровесники поэта, уцелевшие на фронтах, выжившие в лагерях и гетто Транснистрии, вернувшиеся, как и сам поэт, в конце войны из эвакуации, внимали лирике Ройтмана:

«Мне звездочкой дано было судьбой
Кружить над низкой деревенской крышей,
Но сам взлетел я не намного выше,
Расцвечен синей дымкой над трубой.
Мой свет срывался каплей дождевой,
Сквозь золото соломы просочившись,
И падал сном, во тьме горя неслышно,
И там смолкала боль сама собой.
Блаженство заповедного мирка
Мне силы придавала для полета.
В лучах его заката я сверкал
И мерк в его печали и заботах.
И с ним сгорел над деревенской крышей,
Ведь я взлетел лишь ненамного выше.

(«Штерндл» - «Звездочка», пер. с идиш)

1 августа 1973 года давняя мечта Ш. Ройтмана осуществилась: он ступил на израильскую землю и обосновался в Герцлии, небольшом в то время курортном городке между Тель-Авивом и Нетанией. Здесь он публикуется в журналах и альманахах «Ди голдэнэ кейт», «Бай зих»«Иерушолаимер альманах», газете «Лэцтэ найес», появилась возможность печататься американской еврейской периодике. Вразные годы стали издаваться новые книги, перечисление которых займет не одну строку: «Дер лэц ун дер ритэр» («Шут и рыцарь», Тель-Авив,1975); «Майн исроэлдик шофэрл» («Мой израильский рожок», Рамат а-Шарон, 1976; «Сонетн», там же, 1977; «Герцлиес строфэс» («Герцлийские строфы»), Тель-Авив, 1980; «Фолкстимлэхэ лидэр» («Стихи в народном духе»), Тель-Авив, 1982; «Лиришер отэм: сонетн» («Лирическое дыхание: сонеты», Тель-Авив, 1984. Шлоймэ Ройтмана не стало 15 января 1985 года.

Уже после кончины в Тель-Авиве вышли его две прозаические книги: «Вэн захн дэрвахн» («Когда пробуждаются вещи», 1986) и «Прозэ» (1988). Обе книги включали в себя воспоминания поэта.

В Израиле по достоинству оценили Шлоймэ Ройтмана – поэт стал лауреатом престижных премий в области литературы на идише: имени Ицика Мангера и Всемирного конгресса по языку и культуре идиш.

…В стихотворении «Вэгн майн мамэс идиш» («Идиш моей мамы»), опубликованном в «Иерушолаимэр альманах» (1994), поэт Шлоймэ Ройтман признается в любви к родному языку, мамэ-лошн, на котором творил всю жизнь:

«Песни на идиш слагать не надо,
Идиш сам по себе звучит, как песнь».
Количество обращений к статье - 485
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Гость Сергей Фридман. Ариэль. | 20.05.2017 08:58
Автор пишет историю еврейской литературы, которую мы, евреи, не все знаем. К сожалению.
Спасибо ему за это.Читается с интересом.
Захар Гельман, Реховот. | 17.05.2017 20:06
Какая душевная, образно говоря,теплая статья. Написана по-русски, но в каждой строчке слышится "маме лошн"!Спасибо, Зиси!
Светлана (Шева), Тель-Авив | 17.05.2017 06:55
Где-то и когда-то я прочитала, что идиш мягкий. тряпичный язык. Для нас, кто слышал его и говорил на нем в детстве, это прекрасный язык. Как ни странно, здесь, в Израиле, я испытываю ностальгию по нему.
Абрам Торпусман, Иерусалим | 16.05.2017 11:43
Прекрасный литературоведческий очерк о еврейском советском поэте, чудом выскользнувшем из-под пресса сталинских преследований. Будучи причастным к составлению библиографических указателей к журналу "Советиш геймланд", о которых упоминает Зиси, вспоминаю, как Арон Вергелис, главный редактор и цензор журнала, поучал меня: "В советской библиографии - классовый подход, мы не указываем произведения авторов, перешедших на сторону врагов". Я отвечал, что беру все произведения : "Это вы знаете, кто приехал, кто уехал". Вергелис кивал, указатели выходили "чистенькими"...

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2017, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com