Logo
1-10 декабря 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18












RedTram – новостная поисковая система

Резонанс
Опять «неизвестная»?
Леонид Зуборев, Нью-Йорк

Прочел в «МЗ» (№ 515, «Белорусско-еврейское «противостояние»: чем неугодна Минску Маша Брускина?», что в белорусской столице Маша Брускина – снова «неизвестная». Но вот странно: перечисляя все свои возражения против признания подвига Маши, ученые мужи во главе с замминистра культуры РБ В.Черником ни словом не вспоминили народного художника СССР Заира Азгура – двоюродного дядю отважной подпольщицы.


...В августе 1987 года у меня дома зазвонил телефон. Это были московский корреспондент New York Times (а затем её главный редактор этой главной газеты США) Билл Келлер и журналистка этой же газеты Джудит Миллер. Келлер говорил по-русски довольно сносно, а Джудит не понимала ни слова.

Келлер спросил меня, кто может пролить свет на тему подвига Маши Брускиной, он хотел бы написать о ней статью. Я не постеснялся спросить их, для чего им, неевреям, нужна эта тема. Билл ответил, что американцам она интересна.

Выяснилось, что Джудит Миллер хотела бы встретиться с Героем Советского Союза Евсеем Вайнрубом, после чего она намеревалась поехать в Киев, чтобы там встретиться с его родным братом, тоже Героем СССР, а Билл Келлер захотел поговорить со скульптором Азгуром.

Я обещал им помочь, так как был знаком с обоими именитыми минчанами и нередко бывал у них дома.

Так случилось, что незадолго до этого я просил и Вайнруба, и Азгура подписать обращение под коллективным письмом в ЦК, чтобы в Минске разрешили создать Общество еврейской культуры. Вайнруб подписал, а Азгур — побоялся. Когда же после звонка американских журналистов я стал уговаривать Вайнруба встретиться с ними, то получил категорический отказ Вайнруба (якобы ему для встречи нужна санкция Совета ветеранов войны). А вот Азгур сразу согласился, хотя я его предупреждал, что речь пойдет о Маше Брускиной.

По дороге к его дому на ул. Пулихова мы случайно встретили доцента Института истори партии Н.Сташкевича, который когда-то писал рецензию на мою книгу «М. Богданович». Я поздоровался и хотел с гостями пройти мимо, думая, что Сташкевич кинется прочь, услышав английскую речь. Но это был очень достойный и честный белорус. Он остановился и, узнав, чем интересуются гости, сразу сказал: -- Поговорите с Азгуром.

Вскоре мы были у Заира Исааковича, и он повел нас в свою мастерскую недалеко от дома. Там он показал свои скульптуры, среди которых особо выделялся великий вождь всех времен и народов, четверть века назад перекочевавший с Центральной площади снова в мастерскую скульптора.

Билл Келлер расспрашивал Заира Исааковича о Брускиной, а я переводил для Джудит Миллер. Билл все время записывал ответы Азгура в блокнот.

У Азгура появились слезы на глазах, когда он вспоминал о племяннице и говорил о «чехарде» вокруг ее имени, связанной с признанием-непризнанием ее героической жизни и смерти. Все были очень взволнованы.

После двухчасовой беседы с известным скульптором американцы тепло его поблагодарили за интервью и отправились в Национальный музей Великой Отечественной войны. Там иностранных корреспондентов встретили очень настороженно. В принципе, им было изложено приблизительно то же самое, что и сегодня в «МЗ» утверждают противники признания Маши Брускиной...


И вот через две-три недели я получил по почте статью из Нью-Йорк аймс от 15 сентября 1987 года, озаглавленную так: «Эхо 41-го в Минске: была ли героиня еврейкой?».

В статье Билла Келлера говорилось: «Бездушные эсэсовцы ведут девушку, мужчину и мальчика по улице Минска и вешают их на воротах дрожжевого завода. Согласно мнению руководителей КПБ, девушка остается официально «неизвестной».

Это - крайнее проявление отказничества. Масса свидетельств, собранных советскими журналистами, показаний оставшихся в живых и подтвержденных выдающимся криминалистом, убедительно говорят, что эта девушка — Маша Брускина, еврейка из Минского гетто, которая была партизанкой».

«Многие евреи г. Минска, — пишет далее Билл Келлер, — считают эту отважную партизанку отказницей в самом широком смысле этого слова: ей отказывают в ее законном месте в истории, поскольку она была еврейкой. Гордиться ею означало бы признать, что был и героизм евреев во время войны.

...Девушка на фотографии — первый человек, казненный в период нацистской оккупации Минска. Двое, стоящие по обе стороны от нее, — Кирилл Трус и Володя Щербацевич, партизаны-белорусы. Они были узнаны членами своих семей после окончания войны и посмертно награждены».

Далее корреспондент New York Times рассказывает о встрече с Заиром Азгуром: «...Одним из наиболее авторитетных свидетелей является ее дядя Заир Азгур, у которого Маша жила перед войной. Его память на лица профессиональна, поскольку он является скульптором.

— Именно поэтому я редко хожу сейчас в музей Великой Отечественной, — сказал скульптор, когда мы осматривали его мастерскую. _- Я боюсь встречи с Машенькой. Там, в музее, она считается человеком без имени и без родственников, включая меня. Она под пытками отказалась назвать товарищей и пошла на казнь с высоко поднятой головой. Ей было 17 лет».

Азгур сообщил американскому гостю, что (на тот момент) ни один исследователь никогда не разговаривал с ним на эту тему...

Билл Келлер высказывает удивление, почему Азгур не добивается у властей признания Маши Брускиной. Заокеанский корреспондент, хоть и работал в Москве, явно не понимал ситуацию в Минске в 1987 году. Он наивно сравнивал позицию и возможности депутата Верховного Совета Белоруссии Азгура с возможностями каким-нибудь американского сенатора. Азгур не был борцом, да и не скрывал этого. Он никогда ничего несанкционированного не подписывал, но всё же осмелился встретиться с Биллом Келлером и посчитал нужным рассказать ему правду, заранее зная, что ЦК партии и республиканский КГБ ему этого не простят.

Известно, что в конце жизни скульптора власти не давали ему покоя, заставляя отказаться от Маши. Мне рассказывали, что Азгур всё же дал откровенное интервью сотрудникам музея, но потом «вдруг» эти материалы пропали. Вы видели такое? Чтобы из государственного музея пропадали документы? Это что, проходной двор? Разве в фонды музея есть свободный доступ любому желающему?

Автор этого письма Леонид Зуборев - вице-президент Белорусского землячества в Нью-Йорке
Количество обращений к статье - 1548
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (8)
Гость | 04.01.2016 17:03
Вы просто по жизни не имели возможности сравнить Сташкевича, который вынужден был писать, что приказывали и Вл. Бегуна -- оголтелого мракобеса...
Два амер корр-а приехали в Минск. За ними следили неотступно, в открытую, и КГБ информировал о них ЦК.
Кость | 03.01.2016 20:01
Леонид, так в чем смелость Сташкевича - в том, что он сказал "Поговорите с Азгуром", хотя вы с американцами и так шли к Азгуру? И как об этом узнал Павлов? Непонятно. Кстати, именно в 1987 г. именно Сташкевич написал статью "Люди из прошлого", в которой мазал грязью знаменитых белорусов Антона Луцкевича и Язэпа Лёсика, репрессированных при Сталине. И еще: через 10 лет после 1987 г. "АН БССР" уже давно не было. Была Национальная академия наук Республики Беларусь.
Гость | 03.01.2016 16:29
1. Я стоял рядом и понял слово "исследователь" в устах Азгура, как научный сотрудник Музея ВОВ.
2. Н. Сташкевич, ныне покойный, работал в Институте истории партии при ЦК КПБ. Когда я его встретил где-то через месяц после описываемых событий, он мне рассказал, что буквально назавтра его вызвал зав. отедлом пропаганды Павлов и сказал: еще одно замечание и пополнишь ряды безработных историков.
Потом я уехал из Минска и встретил Сташкевича лет через 10, а может, и больше. Мы выпили,вспомнили старые времена. Он стал работать в АН БССР. Я ему говорю: -- Николай Стефанович, вот Вы, на мой взгляд, проявили смелость по сравнению с другими в то время, а как теперь?
Вот представь себе, тогда я меньше боялся, чем теперь, -- сказал историк, имея в виду нового правителя.
Леонид Зуборев
Кость | 03.01.2016 13:44
"Азгур сообщил американскому гостю, что (на тот момент) ни один исследователь никогда не разговаривал с ним на эту тему..." Как такое могло быть? С Азгуром "на тот момент" разговаривали и Фрейдин (еще в конце 60-х годов), и Дихтярь... Автор явно что-то путает. Последний абзац его статьи вообще основан не на фактах, а на каких-то слухах и домыслах. Кстати, "достойный и честный белорус" в 1980-е годы был в Минске одним из главных фальсификаторов прошлого, соавтором печально известного сборника "Дары данайцев" (1987) с клеветническими измышлениями в адрес Гирша Смоляра.
Генрих Рутман, Нью-Йорк | 30.12.2015 19:15
"Гостю" от 28.12.2015-16:5
Не обманывайте... А тем кто это прочитает, сообщаю: не верьте анониму... Прфессор Давид Мельцер никогда ничего подобного не говорил.
Гость | 28.12.2015 16:54
Давид Мельцер, профессор, автор книги "Чёрная книга с красными страницами", говорил мне, что Маша Брускина - его двоюродная сестра.
Лина Торпусман, Иерусалим | 27.12.2015 23:02
Заинтересованных читаталей отсылаю к своей статье "... выбрали свидетелем меня" http://newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=8265
Брат Ким (11 лет) и сестра Шура (8 лет) Лисовские - дети-поляки из католической семьи - видели и казнь подпольщиков, и спустя несколько дней незабываемую сцену - женщина с жёлтой латой на пальто целовала ноги повешенной девушки и плакала - "Доченька... Мусенька..."
18 свидетелей документально подтвердили, что казнённая девушка - Маша Брускина. В основном это одноклассники Маши. Но у меня хранится ещё одно письменное свидетельство Гени Бляхман (Ритвиной)- 19-го свидетеля. Геня после войны осталась в Средней Азии, а приехав в Израиль, встретилась с одноклассницей Басей Житницкой. Бася показала ей известное фото, где трое идут на казнь, и спросила, кто эта девушка. "Маша, - ахнула Геня, ничего не знавшая о той фальсификации, что сотворил КГБ Белоруссии вокруг погибшей подпольщицы.
Двое белорусов - жена и дочь Кирилла Труса, повешенного вместе с Машей; двое поляков - брат и сестра Лисовские; эксперт-криминалист подполковник Шакур Кунафин - башкир, подтвердивший, что казнённая девушка - Маша, разбивают версию о "еврейском заговоре".
У меня также хранится письмо Веры (Мери) Банк из Америки, написанное 11 апреля 2000 г. "...Я хорошо знала Машу Брускину, её маму Люсю, потому что мы жили вместе в нашем деревянном доме по ул. Старовиленской,79, примерно лет пять. Маша была моложе меня на пару лет. Мы вместе проживали в гетто, в одной квартире, около двух месяцев.
Я помню, как в один из сентябрьских дней, когда мы находились во дворе нашего дома в гетто, пришли два молодых парня в гражданской одежде и спросили, кто из нас Маша Брускина. Они обратились к ней с просьбой указать, где живёт Соня Идельсон, девушка, которая вместе с Машей работала в госпитале для военнопленных... Соня - дальняя родственница моей мамы, была до войны студенткой 5-го курса Минского мединститута. В начале войны в их дом попала бомба, и Соня со своими родителями поселилась у нас. Они /Маша и Соня - Л. Т./ решили пойти работать в госпиталь для военнопленных. Выздоравливающих военнопленных они спасали, доставая им гражданскую одежду и тем самым давая возможность уходить в партизаны. Однако кто-то из спасённых их предал... /лейтенант Борис Рудзянко - Л. Т./" "...После того дня, в сентябре 1941 года, когда переодетые полицаи увели Машу и Соню из гетто, они оказались в Минской тюрьме..."
В книге для школьников о Холокосте, изданной правительством Швеции "Передайте об этом детям вашим..." (на русском языке Москва, 2000 г.)кратко сказано о подвиге Маши (с. 93) и в конце следующее: "Имя юной героини... широкую известность получило позже. Возможно, признанию мешало то обстоятельство, что она была еврейкой".
Господам неизвестно, что в 2015 г. Маша Брускина в Беларуси по-прежнему Неизвестная. И признания нет. Именно потому, что она была еврейкой.
Абрам , Иерусалим | 27.12.2015 19:54
Да, в архивах у них "полный порядок". Всё, что подтверждает имя Брускиной на исторических фотографиях, "потерялось" или "не поступало". А Азгур ничего о Маше не говорил, это всё сионисты придумали. А если чего и сказал, не заслуживает внимания, был стар и глуп. Девушка на фото -неизвестная героиня. И помалкивайте, еврейские буржуазные националисты.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com