Logo
1-10 декабря 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18












RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
Неумирающий лебедь
Майи Плисецкой
Сергей Шафир, кинорежиссер, Ашдод

В ночь со 2 на 3 мая пискнул мой телефон, сообщая о том, что надо включить компьютер. Так как я спал, то, скорее всего, я это больше почувствовал, чем услышал. Встал. На часах два часа ночи. Включил компьютер. Увидел, что пришло сообщение по скайпу. Писала мне из Дюссельдорфа скрипачка Роза Файн, лауреат премии имени Венявского 1957 года, а ныне очень известный и востребованный педагог высшей музыкальной школы им. Шумана.


Два коротких сообщения: умерла Майя Плисецкая и… «фильм замечательный». Это она о фильме «Азарий Плисецкий. Эксклюзив», который Роза Давыдовна получила от меня и только что посмотрела. Вот такие две новости…


Я тут же позвонил в Лозанну Азарию – младшему брату Майи Михайловны, чтобы выразить соболезнование и после короткого разговора сел к компьютеру.

Вот уже пять лет моя жизнь связана с семьей Азария Плисецкого. И хотя в моем первом фильме Майе Михайловне отведено лишь несколько биографических строчек, но за время работы над ним я, в поисках информации об Азарии, прочитал и ее воспоминания, и познакомился с ее племянницей Анной Плисецкой, двоюродными братьями Азарием Мессерером и Михаилом Мессерером.

Но главное, я познакомился и записал интервью со старейшим представителем династии Мессерер-Плисецких Аминадавом Мессерером – родным дядей Азария и Майи. Прочитать его воспоминания можно в «МЗ» (№ 401, «И дольше века длится жизнь»). Я рискнул позаимствовать это название у Чингиза Айтматова по одной простой причине. Аминадаву (Александру) Мессереру 10 мая исполнилось 97 лет!

В конце фильма я спрашивал у Азария Михайловича о секрете долголетия в их семье. Ведь мама Майи, Александра и Азария прожила почти 92 года, ее сестра Суламифь – 96 лет. И вот теперь Майя Михайловна, которой 20 ноября исполнилось бы 90 лет!

Азарий ответил, что никакого секрета нет. Все определено там, свыше. Ведь в их семейной династии были примеры и другие. Например, Азарий Азарин – драматический актер, сподвижник Немировича-Данченко и Станиславского, скончался в 40 лет. Но я полагаю, что что-то все-таки есть в их генетическом коде (может, ген таланта?) или эта абсолютная самоотдача любимому делу?

О Майе Плисецкой много написано, много снято фильмов и телепрограмм, много разного рода сообщений и интервью. Не говоря уже и об автобиографических книгах. Все это можно увидеть и прочитать в интернете. Но я, в память о выдающейся балерине, покорившей мир, хочу только напомнить о пути Майи на сцену. По ее собственным воспоминаниям. С допустимыми сокращениями.

1932 год. Шпицберген. Новый российский консул и начальник угольных рудников Михаил Плисецкий с женой Рахилью Мессерер и детьми Майей и Александром прибывает в Баренцбург.

1932 г. Рахиль со своими детьми Александром и Майей

М.П. - «Работать в полярных шахтах приезжали те, кому нужен был хороший заработок. Приезжали с женами, кое-кто брал и детей. Поэтому «живого» материала хватало на целые самодеятельные спектакли. Баренцбурговцы даже осилили постановку оперы Даргомыжского «Русалка».

На роль Русалочки, произносившей знаменитый пушкинский текст «а что такое деньги, я не знаю», определили меня. То ли из-за нашего махрового советского подхалимажа – отец, как-никак, консул, то ли я и впрямь была артистична. Нескромно скажу, была. Если и подхалимничали, то не промахнулись.

Я с шиком сыграла свою крошечную роль. Чудом сохранилась выцветшая фотография, где сняты участники оперы. И я в их числе. Это было мое первое выступление с театральных подмостков».

«Русалка» Майя (в центре) из Баренцбурга

Одна из главных забот семьи состояла в том, что родные решили определить меня в Московское хореографическое училище. Если пройду экзамены. Мой успех в «Русалке» сыграл в решении родителей не последнюю роль. Да и изводила я их каждый божий день нещадно, танцуя, изображая, лицедействуя, словно наша баренцбургская квартира была подмостками театральной сцены».

1934 год. Москва. Лето.


– «Дождливым июньским утром (не был ли это конец мая?) Мита (Суламифь Мессерер – С.Ш.) привела меня на балетный экзамен. Меня обрядили по такому случаю во все белое: белое вискозное платьице, белые тапочки, пришпилили к моим рыжим косичкам тщательно отутюженный большой белый бант.

Приемную комиссию возглавлял тогдашний директор школы Виктор Александрович Семенов, бывший танцовщик – премьер Мариинского театра. Но что был мой экзамен. В тридцать четвертом заявлений было мало. Что-то около тридцати, если меня не подводит память. Но уж не тыща, как теперь. От поступавшего требовались лишь годные физические данные, крепкое здоровье, музыкальность – непременно! – чувство ритма. Мы дансантно ходили под музыку, темпы которой намеренно часто ломали, чтобы определить – слышит ли тело эти перемены. В особой цене была природная артистичность. Мою судьбу решил незатейливый реверанс, отпущенный мною приемной комиссии.

Так вот, «Витя Семенов» после моего реверанса единолично принял волевое, как теперь говорят, волюнтаристское решение: – Эту девочку мы возьмем. Судьба моя была решена. Я стала учиться балету. Меня определили в класс к Евгении Ивановне Долинской.

Первый год был для меня совсем кратким. Отпуск отца кончился, он и так задержался дольше положенного. Надо было возвращаться на Шпицберген. Дома вслух долго дискутировали вопрос, как быть со мной. В итоге решили: мы вновь всей семьей до конца навигации едем в Баренцбург.

В Москве меня оставить было не с кем. Мита и Асаф – в продолжительном концертном турне. Общежития тогда в училище не было.

Я скучала по танцам. По струганому, тщательно отмытому полу классного зала, по волглой от пота репетиционной палке, по старинному, потрескавшемуся углами зеркалу, в котором можно было судить-рядить свои первые позы, по горьковатому запаху переполненного разгоряченными людьми залу.

По весне, видя мое томление, отец решил с первым же ледоколом отправить меня с оказией на Большую землю, в Москву. К концу учебного года я уже не поспела. А во втором классе педагог сменился. Вместо Долинской класс взяла Елизавета Павловна Гердт. У нее я прозанималась шесть лет».

С.Ш. - Летом 1935 года Михаила Плисецкого неожиданно вернули в Москву. Его назначили управляющим трестом «Арктикуголь». Квартира, машина – все положенные большому начальнику атрибуты. Начался его недолгий путь к последнему причалу…. В ночь на 30 апреля 1937 года его арестовали. А 8 января 38 года, после продолжительных пыток, расстреляли как «немецкого шпиона и врага народа».

Рахиль и Михаил

В конце марта арестовали Рахиль с маленьким Азарием, родившимся 13 июля 1937 года. Мы, как вспоминает в «МЗ» Аминадав Мессерер, предвидя неизбежность отправки детей в детский дом, заранее отправили Майю к Суламифь, а Александра - к Асафу, у которого тоже был сын – Борис, будущий знаменитый театральный художник Борис Мессерер.

Позже Суламифь Мессерер вынуждена была официально удочерить Майю, так как НКВД не давали им покоя, намереваясь все же забрать детей.

Как известно, Рахиль осудили на 8 лет лагерей и отправили в Казахстан в Акмолинский лагерь для жен изменников Родины – АЛЖИР. Там же Азарик сделал свои первые шаги и произнес первые слова.

Суламифь и Асаф – ведущие артисты Большого театра, сделали все возможное, чтобы освободить сестру. И это им удалось. Сначала их отправили в Чимкент на поселение под надзор, а потом и вовсе отпустили. Редкий по тем временам случай.

И как только стало возможным, Майя отправилась в Чимкент.

Чимкент. Азарий (слева), Майя и Александр

М.П. - «Мама, чтобы жить, давала уроки танца в каком-то клубе. Показали танец четырех лебедей. Ее опыт в немых узбекских фильмах пригодился. В вольной жизни она танцу не училась, но часто посещала спектакли Большого театра и что-то запомнила. В летнем саду устраивали самодеятельные концерты. Поздними вечерами. Жара в тот год совершенно нестерпимая. И на сцене и в зале были ссыльные. Развлекали друг друга. В одном из концертов танцевала и я. Мама настояла, чтобы я явилась на публику – ты выходишь из формы, будешь бояться зала. Не забывай, ты должна стать хорошей танцовщицей. У тебя есть талант.

Какой-то понурый ссыльный сыграл мне на аккордеоне попурри из балетов Чайковского. Я импровизировала, вставала на пальцы, ломала торс, чередовала арабески. Туманное предвосхищение «Умирающего лебедя», но в ссыльном, чимкентском варианте, под аккордеон. Успех сорвала некая пышная дама. В момент аплодисментов внезапно истошно закричала из первого ряда. Я расслышала.
– Она приезжая. Не пускайте ее танцевать. Это профессиональная балерина».

С.Ш. - Рахиль была права. Ее дочь Майя действительно была талантливой и весь ее жизненный творческий успех яркое тому подтверждение. Но я не собираюсь писать о известном. Я хочу напомнить вам только о необыкновенно красивом, ставшем чуть ли не мистическим, танце, с которым она не расставалась всю свою сценическую жизнь – «Умирающем лебеде».

Теперь «Лебедь» Майи Плисецкой уплыл в мир иной и больше никто не станцует его так, как танцевала Майя Михайловна.

Немного из истории номера


«Лебедь» (фр. Le Cygne) – пьеса Камиля Сен-Санса из сюиты «Карнавал животных», созданной в феврале 1886 года, и хореографическая миниатюра Михаила Фокина на эту музыку, более известная под названием «Умирающий лебедь». Балетмейстер и друг великой русской балерины Анны Павловой – Николай Фокин, придумал для Анны концертный номер на музыку Сен-Санса буквально за несколько минут, импровизируя вместе с нею.

Анна Павлова. «Умирающий лебедь»

"Лебедь" в невесомой пачке, отороченной пухом, просто плыл в безмятежности. Но затем Анна Павлова добавила в знаменитые две минуты танца трагедию безвременной гибели, – и номер превратился в шедевр, а на белоснежной пачке засияла "рана" – рубиновая брошь. Поэтический образ, представленный Павловой и Фокиным, стал шедевром и символом русского балета. Лебедь... этот образ обессмертил балерину.

Для многих балерин «Умирающий лебедь» стал визитной карточкой в концертах. Наиболее прекрасными исполнительницами были Иветт Шовире, которая выступала в балете Монте-Карло и Наталия Макарова.

«Умирающий лебедь» впоследствии стал коронным номером и для Майи Плисецкой. Если бы точно было известно, сколько раз она его исполнила, это число наверняка попало бы в книгу рекордов Гиннеса. Но установить его не представлялось бы возможным - слишком часто приходилось его бисировать.

Никогда не любившая повторов, Плисецкая видоизменяла номер: выходила из разных кулис, появлялась то спиной к публике, то лицом, делала разные акценты в финальной позе. Неизменными оставались только прославившие ее на весь мир лебединые движения рук.

С.Ш. - Этот балетный номер поставила специально для Майи, Суламифь Мессерер. Об этом она рассказывает в документальном фильме режиссера Н. Тихонова «Я хочу рассказать».

Майя и Суламифь Мессерер. Кадр из фильма

- «Я ей поставила «Умирающего лебедя». Это ведь не тот «Умирающий лебедь», который танцевала Павлова. Это абсолютно моя постановка, ничего общего не имеющая с постановкой Фокина. Просто я поставила по Маиным данным. У нее были замечательные руки, которые ей поставила Гердт Елизавета Павловна. Я сделала какие-то другие вещи. Посадила на коленки, перегибы. Это сделало ей, так сказать, мировую карьеру…»

С.Ш. - К моему личному сожалению, Майя Михайловна в своих воспоминаниях – «Я, Майя Плисецкая», только один раз упоминает «Умирающего лебедя», рассказывая о том, что не питая любви к кордебалету, в котором она принимала участие в первые годы, она «отводила душу» исполняя концертные номера на сценических площадках Москвы. Вот тут она и упоминает «Умирающего лебедя». Может быть в фильмах, телепрограммах или других газетных интервью она и говорит об этом балетном шедевре, не знаю. Но вот эта цитата, которой я хочу закончить свое короткое посвящение, как мне кажется, говорит сама за себя.

Роберт Кеннеди и Майя Плисецкая

«Брат американского президента Кеннеди – Роберт Кеннеди, родился в один день и в один год с Майей Михайловной. Они были знакомы, поздравляли друг друга, он дарил ей на дни рождения дорогие подарки. Каждый год, где бы в это время ни находилась великая балерина, он присылал ей неизменно корзину цветов и подарок. Во время очередного визита Большого театра в Нью-Йорк (1968 год) Майе и Роберту встретиться не довелось. Он позвонил ей в гостиницу и сказал, что отправляется в предвыборную поездку по нескольким штатам. Просил, чтобы она оставила для него вечер 11 июня. А 5 июня на него было совершено покушение в Лос-Анджелесе. Через день американский друг Майи Плисецкой скончался…

У советской прима-балерины в этот день был назначен концерт в «Метрополитен-опера». На афише значилась «Спящая красавица». Перед открытием занавеса представитель дирекции театра сообщил публике: «В знак траура по Роберту Кеннеди, в честь его памяти Майя Плисецкая станцует «Умирающего лебедя». Весь зал в едином порыве встал».

…Бьётся лебедь в тоске человечьей,
умирающий Лебедь Сен-Санса.
Вот он сник в ослепительном свете,
но взметаются крылья опять
и по залу проносится ветер:
Не умру!
Не хочу умирать!

                 Лев Друскин

Неумирающий лебедь Майи Плисецкой…
Количество обращений к статье - 4159
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (2)
Гость | 25.05.2015 16:37
Уважаемый гость, наверняка Чингиз Айтматов использовал эту фразу из стихотворения Пастернака. Но как свидетельствует ниже приведенная запись из биографии писателя, она стала популярной и "крылатой" именно после выхода романа "Буранный полустанок". Для меня же источником был роман, которым я располагаю с личным автографом автора.

И дольше века длится день

Из стихотворения «Единственные дни» (1959) Бориса Леонидовича Пастернака (1890—1960), который пишет о днях, солнцеворота, когда «зима подходит к середине».

И любящие, как во сне,
Друг к другу тянутся поспешней,
И на деревьях в вышине
Потеют от тепла скворешни.
И полусонным стрелкам лень
Ворочаться на циферблате,
И дольше века длится день,
И не кончается объятье.

Выражение стало популярным после выхода в свет романа советского киргизского писателя Чингиза Айтматова (р. 1928) «Буранный полустанок, или И дольше века длится день...» (1980), в названии которого была процитирована эта строчка Пастернака.

Иносказательно о памятных, ключевых событиях в жизни какого-либо человека, которые определили его личность, жизнь, судьбу.
Гость | 25.05.2015 10:05
И дольше века длится жизнь - источник не из Айтматова, а из Бориса Пастернака

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com