Logo
10-20 ноября 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
19 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18
15 Ноя 18












RedTram – новостная поисковая система

На еврейской улице
Гроссманы и Шеренцисы
Татьяна Менакер, Сан-Франциско

В 1974-м, когда Барышников сбежал, спрыгнув со сцены, стал «невозвращенцем», я оказалась в Москве на том самом XVII съезде комсомола, где его избрали в члены ЦК ВЛКСМ. Портреты Барышникова еще висели в центре Невского проспекта, а голоса транзисторов уже свистели о его самом блистательном прыжке – в Америку.

Кантовался тогда Ленинградский мюзик-холл, где я работала концертмейстером, в мрачной гостинице «Урал», куда нас выперли из тогда самой знаменитой, самой светлой, самой новой московской гостиницы «Россия», чтоб поселить в ней делегатов комсомольского съезда.

И здесь совпали своим присутствием люди, которым ни с мюзик-холлом, ни с комсомолом делать было абсолютно нечего. Из Ленинграда приехала навестить меня, отсутствовавшую на долгих гастролях, моя мама – генетическая антисоветчица и одновременно - военный инженер-гальваник, а к ней приехал с визитом ее дальноюродный брат дядя Витя Шеренцис.

Приезд мамы резко нарушил личную жизнь работников мюзик-холла. Как представитель художественно руководящего состава я имела право на отдельный номер в гостинице, что привело к тому, что меня, одиночку, из него постоянно выгоняли наглые безкомнатные пары (балет и оркестр селили в номерах по два человека). «Отказать никому никогда» я не могла, и моя мама вопросительно смотрела при каждом стуке в дверь.

Сексуальная жизнь концертной организации меня не задевала– я была больше по книжкам – и интерес артистов балета к моему совершенно не балетному бюсту (среди профессионально плоских балерин я была единственной бюстоносительницей) вызывал мое упорное непонимание. Мужчины-солисты, встречаясь со мной в коридоре, стонали: «Ну когда же мы с тобой...». Будь моя воля, одолжила бы я им столь желанные прелести и ушла бы куда-нибудь почитать. Это было, конечно, задолго до открытой гомосексуализации балетного искусства.

Отправлять стариков (о боже, моя мать была тогда почти моей сегодняшней ровесницей) в ресторан я не хотела, они там были бы не к месту, и заказала ужин для них в номер. Не знала, что нужно дать на чай официанту, и до сих пор помню его удивление.

Говорили мать и дядя Витя о чем-то понятном только им, не словами, а интонациями и намеками, но я уловила одно – в конце визита дядя Витя попросил у мамы одолжить ему 50 рублей, и, чтобы понять, почему этот факт меня так потряс, нужно знать, кем он прежде был.

С детства, когда я приезжала в Москву и останавливалась у них, – это был праздник бедного ребенка, попавшего в богатый дом. Моя мама была матерью-одиночкой, что катастрофа в любом обществе. Мы жили в жуткой (28 человек) коммуналке с дерущимися пьяницами.

Когда я привезла своих сыновей из моего трехэтажного, с видом на Тихий океан, дома в Сан-Франциско, чтобы показать им мою коммунальную квартиру в Ленинграде, до них не дошло, что люди могут так жить. Cкорее, они испугались нашей бывшей хваленой, отдельной, окнами в ленинградский темный двор, квартиры с мокростенным туалетом и деревянным бачком, - квартиры, в которую я въехала к свекру и свекрови, выйдя замуж. Старший сын был так потрясен, что не мог идти. Он сел на приступок: «Я вообще не понимаю, как ты могла выйти отсюда и построить то, что ты построила».

Тогда в Москве дядя Витя с женой тетей Кларой и приемным, уже взрослым, сыном жили в завидной отдельной квартире. У них была преданная домработница Дуня, спавшая, когда мы с мамой приезжали, на фанере в ванной. Только у Шеренцисов мне стелили на пуховой перине. Меня водили на елку в Кремль и дядя Витя чертил что-то на большом мольберте и дарил мне иностранные карандаши «Кохинор».

Бабушка называла Витю сумасшедшим изобретателем, и потом, много лет спустя, оказалось что он и вправду был изобретателем, но совсем не сумасшедшим. Во всяком случае, на заработанные им деньги тетя Клара могла не работать и держать домработницу – по тем временам редкая ситуация.

В семье постоянно шел какой-то трагический водевиль, еврейская достоевщина, в которой принимала участие русская Дуня. Сын приходил и уходил и ни с кем не разговаривал, тетя Клара заламывала руки, дядя Витя убегал на работу в таком виде, что странно, как он мог перейти улицу, не попав под машину. Но нигде, как только в этом доме, я не испытывала такого чувства причастности к необыкновенному.

Главным богатством этой барской квартиры была библиотека. Весь коридор до потолка был заставлен счастьем – книгами в два ряда. Ленинградские семьи сожгли свои библиотеки в блокаду, а те, кто эвакуировался, вернувшись, их, в основном, уже не застали. Но даже в Москве такие библиотеки были редкостью.

Вдруг наступал момент, когда этот коридор-библиотека превратился в место ссылки: меня туда выгоняли...

Иногда приходил дядя Вася. Он рассказывал, что был у Фурцевой, министра культуры, и негодовал, что эта ткачиха учит его, Василия Гроссмана, как надо писать книги. Меня тут же вышвыривали в коридор. Потом он приходил опять и рассказывал про Суслова – меня опять выпирали со скандалом. Я как чувствовала невероятным детским чутьем, что нужно, нужно быть при этом разговоре, даже не поняв, запомнить, запомнить, а потом раскрутить, повзрослев, киноленту детской памяти. Где там: «Кошка служит в ГПУ» – было семейной Шеренцисов, Гроссманов и моей бабушки поговоркой, а детей, павликов морозовых, тогда боялись – донесут в школе.

Семья Виктора Шеренциса была Василию Гроссману единственной в мире опорой. Он вырос в доме дяди - доктора Давида Шеренциса, приютившего разошедшуюся с мужем сестру Катерину Савельевну с сыном Васей. Переплетенье судеб трагическое и невероятное. Шеренцисы до войны, получив из рук домработницы (говорю со слов бабушки) письмо первой жены Гроссмана любовнику, открыли ему измену и привели брак к разводу.


Василий Гроссман с дочерью и мамой, Екатериной Савельевной. 1940-е годы. Фото из архива Татьяны Менакер
Мать Гроссмана, в девичестве Шеренцис, была любимой подругой и родственницей моей бабушки, и я выросла под бабушкины стоны по погибшей Катерине Савельевне, расстрелянной нацистами в бердичевском овраге. Какие нацисты – на весь Бердичев с его 90 тысячами населения было всего 19 солдат вермахта: соседи и постарались.

Горе бабушки и боль были так сильны, что она со мной, малышкой, говорила о том, как Катерина Савельевна шла к оврагу на костылях. Рана была для нее слишком свежей: я ведь родилась вскоре после войны.

Для бабушки чудовищная смерть Екатерины Савельевны была главным горем ее жизни, если не считать, что у Тани, единственной внучки, не было отца. Преждевременную смерть любимого Васи Гроссмана от нее, старухи, скрыли. Она, акушерка, первая увидевшая Гроссмана, когда он появился на свет (как он сам написал ей в письме), сумела его пережить.

Бабушка Розалия Самойловна стала прообразом акушерки, принимавшей роды у комиссара Вавиловой в рассказе «В городе Бердичеве», и я, впервые прочитав рассказ по-английски, с ужасом и интересом поняла, что и я, и моя дочь - копии этой акушерки и по громкоголосому, генеральскому поведению, и по крепкотелой (stocky) внешности, а имя бабушки - Розалия Самойловна - Гроссман просто оставил таким, каким оно было на самом деле.

Брата Катерины Савельевны, доктора Давида Шеренциса, талантливого предпринимателя, построившего в Бердичеве водокачку, мельницу, в 37-м году, всего за 4 года до ее гибели, расстреляли коммунисты. Вот откуда у Гроссмана было понимание тождественности коммунизма и нацизма, родовой, семейный ужас перед тем и другим.

Еще на деньги своего богатого отца Виктор Шеренцис, как многие бердичевляне, уехал учиться во Францию и окончил политехнический институт в Нанси.

Тогда светские образованные и «совсем не бедные евреи» (Валерия Новодворская) увлекались марксизмом, играли в революцию. Святая простота. У моего учившегося в Сорбонне дедушки это быстро закончилось, когда после революции в морг больницы, где он работал хирургом, привезли расстрелянных жителей города – всех, у кого в банке было больше десяти тысяч рублей.

От зависти до ненависти - один шаг. Объединиться в стаю, чтобы убить, ограбить и разделить незаработанное – увы, глубинная суть идеи социализма. Всё остальное - красивые слова, больше или меньше декораций. Ненависть тех, кто не может, к тем, кто может.

Ненависть растет из зависти, потому что не было бы этих строителей, изобретателей, еще и богатых к тому же сволочей, - не было бы причины таким дерьмом себя чувствовать. Ведь до тех пор ты не дерьмо, пока он не герой. Только общая ненависть к ним и к несправедливости их успеха, несправедливости их существования поднимает убогих ублюдков в собственных глазах. Кто был никем – тот станет всем. Кухарка – будет управлять государством, сын сапожника – кровопийствовать в Кремле, Обама - блеять в Белом доме.

Моя последняя встреча с дядей Витей была чистым сюрреализмом. Тетя Клара умерла. Дядя Витя купил кооперативную квартиру с малознакомым мне племянником, который с ужасом рассказал, что Виктор Давыдович в 80 лет завел себе любовницу – сорокапятилетнюю почтальоншу, свез всю ее семью в Крым и тратит на нее все деньги.

Я поняла, почему он просил у мамы 50 рублей в долг.

Дальше жизнь завертелась. Мюзик-холл вернулся из Москвы в Ленинград. Моя попытка последовать за Барышниковым не удалась. Нам отказали. Отказниками называли тех, кого и не выпускали, и жить не давали. Наказывали за попытку сбежать из лагеря «мира, социализма и труда», чтобы другим неповадно было.

Почти единственным местом, куда брали на работу уволенных евреев-отказников, были котельные. Из-за кочегаров-алкоголиков, пьяными засыпавших в котельных, по ночам взрывались детские сады. Начальство котельных предпочитало брать в кочегары трезвых евреев (на кочегарском уровне за идеологию не боялись), занимавшихся по ночам ивритом, английским и программированием, чем разбирать взорванные и затопленные объекты.

Изучая кочегарское дело, я с удивлением узнала, что все котлы в Советском Союзе оборудованы клапанами Шеренциса. Это было только лишь одно из изобретений Виктора Шеренциса.

Спустя некоторое время в газете «Известия» появилась статья про экономического преступника, наладившего в Москве подпольное производство, в котором было задействовано около 3-х тысяч мальчишек. Они собирали ему по Москве бутылки, а преступник делал с бутылками что-то такое, что позволило ему зарабатывать огромные деньги. К сожалению, писала газета «Известия», посадить преступника в тюрьму не удалось из-за преклонного (85 лет) возраста. Его звали Виктор Давыдович Шеренцис.

Аристократия потому и аристократия, что она сильна, борется и сражается с чудовищными обстоятельствами, когда слабые и убогие сдаются. Убогие потому и стремятся к рабству и социализму (одно и то же, только с разными названиями), что их устраивает заплесневелый, но гарантированный кем-то кусок хлеба, и в обмен на этот кусок они с удовольствием отдают свою свободу.

Истинный аристократ свободу не отдаст. Он мечом, кулаком, головой, изобретением, адским трудом выживет, построит и даст жизнь, работу и пропитание себе и другим, кто честно с ним трудится. Таким был доктор Давид Шеренцис, таким был его сын Виктор Шеренцис, о таких людях писал Василий Гроссман. Они были настоящей еврейской аристократией. Они несли в себе ветхозаветное презрение к рабству. Стоявшие у горы Синай услышали: «Сыны Израиля - слуги мои, но не слуги слуг». Некоторые, услышав эту фразу, не приняли ее сердцем. И вот такой человек попадает на шесть лет в рабство — в ситуацию, когда он на практике осознает, о чем шла речь, на собственном жизненном опыте познает, что такое — служить другому человеку. И, тем не менее, отработав на хозяина шесть лет — добровольно остается рабом. Значит, надо пробить его «невосприимчивое» ухо…

В своей последней, написанной на смертном одре книге «Всё течет» Гроссман говорит с такой страстью о праве человека работать на себя, о его праве на плоды своего труда, о внутренней тяге человека к свободе. «Всё течет» - интеллектуальное восстание писателя против рабства социализма, воплощением и смиволом которого стали лагеря, в которых выживают и гибнут его герои.

Это есть избранность сильных: быть вечно обреченными на борьбу не только за выживание, но одновременно и на борьбу с убогими, с их ненавистью и завистью, которые так часто принимают форму антисемитизма.

Кто из Гроссманов или Шеренцисов согласился бы струсить, сдаться и не писать правду в обмен на смерть? Или гнить на жалкую пенсию вместо рискованного бизнеса, за который ничтожества, не способные сами ничего сообразить, жестоко наказывали? Кто из них обменял бы упоение боя и риск на гнилую пайку?

Вечно выходит Давид против Голиафа, Давид таланта, изобретения, неостановимого трудолюбия - против Голиафа убожества, лени и скудоумия. И всегда побеждает, как победили Гроссман и Шеренцис. От Давида остаются мельницы, водокачки, гениальные книги, небоскребы, клапаны котлов, а те, убогие, упившись кровью своего обреченного бунта, когда надежда построить рай-халяву за счет других рухнет, все равно приползут к нему, к Давиду, за куском хлеба, за надеждой на лучшую жизнь, чтоб потом опять, позавидовав, возненавидеть. И это жизнь и судьба Гроссманов и Шеренцисов: как атланты, держать на своих плечах тяжелейший груз цивилизации.
Количество обращений к статье - 5824
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (16)
Павел | 09.04.2017 09:45
Ищу современных родственников и наследников Давида Шеренциса. Помогите мне в поиске.
Директор Музея истории города Бердичева
Скавронский Павел Степанович
г. Бердичев, площадь Соборная, 25
тел. 0963525336, 041-43-2-44-07
e-mail: sravr_p@ukr.net
Юлия | 22.05.2016 19:19
Есть небольшая "большая" несостыковка в статье - мать Гроссмана - Екатерина Савельевна в девичестве не Шеренцис, а Витис, и Давид Шеренцис не был её братом, а был мужем её сестры - Анны Витис.
Гость | 21.09.2013 20:52
Татьяна прекрасный,умный,грамотный человек.Хочется слушать и слушать ее.
Гость | 27.07.2012 11:50
Вот это да! Видно, работа в кочегарке сумасшедшего дома не прошла даром. Было бы интересно почитать статью Т.Менакер с использованием ею ненормативной лексики. Нет сомнения, что от неё редакция МЗ примет всё, с расшаркиванием и без вымарывания.
Самсон Кацман, Бостон | 27.07.2012 05:53
По-настоящему удивлён тем, что Татьяне Менакер знакома и нормальная литературная речь, а не только отборная площадная матерщина. В состоявшемся/несостоявшемся нашем с ней телефонном контакте в августе 2004 года на том конце провода услышал лишь омерзительную ругань, причём такого пошиба, до которой и не всякий мужчина опустится.
Касательно содержательной части материала - фашизм начинается тогда, когда начинают делить людей, по какому угодно признаку:
//Это есть избранность сильных: быть вечно обреченными на борьбу не только за выживание, но одновременно и на борьбу с убогими, с их ненавистью и завистью, которые так часто принимают форму антисемитизма.//

Это выбор автора, но это скорее Ницше, а не пророк Исайя, который и за сирых и за убогих, и за обиженных.
Гость | 17.07.2012 14:02
Нет,не переделать эти поколения.зависть до слюноотделения и дрожи в коленках.Кому завидуете? Нормальным умным женщинам?Даже на дороге,каждый придурок,если видит женщину за рулем старается ее обогнать и сразу же реплика "баба за рулем",но ведь не каждую же об,едешь,черта с два. Попросит-пропущу,а если ведет себя, как жлоб,то будет ехать за мной сколько захочу. Мне это напоминает все мудрости,высказанные некоторыми. Уймитесь и перестаньте завидовать умной женщине,интеллигентной и образованной. Сколько бы гадостей не писали,она глупее не станет. Ей не надо становится Набоковым,она Менакер и этого ей достаточно. Вы бы хоть для приличия упомянули названных ыами писателей,а то получается незнал не знал и забыл,или только имена слышал? А она поэзию знает и мгновенно цитирует,вы не заметили этого?А мне бросилось в глаза. Живитпе без злобы и зависти,самим станет легче,почитайте Тору,там ясно сказано.
Любовь Гиль | 17.07.2012 07:49
Спасибо огромное автору, Татьяне Менакер, за
интересный, содержательный и прекрасно написанный очерк о семьях Гроссман и Шеренцис, о некоторых страницах их жизни, о выдающемся писателе современности, Василии Гроссмане. Тем более это интересно и ценно потому , что Татьяна выражает взгляд изнутри, так как она сама из этой семьи.
К сожалению, некоторые комментаторы акцентировались
на совсем других аспектах, видимо, за незначительными деталями не уловили главного.
Что же касается небывалого взрыва в реакции читателей на статью в предыдущем номере "Моя переписка...", то это лишь подтверждает мастерство
автора.Комментируя её (статью), Михаил Марголин написал о возвращении Татьяны Менакер к своим корням,
и это же можно сказать и об очерке "Гроссманы и Шеренцисы".
Успехов автору.
Гость Одессит | 16.07.2012 03:10
1. В Бердичеве проживало в основном еврейское население. Как же удалось 19 немцам и нееврейскому меньшинству расправиться с евреями? Зафиксирован ли хотя бы один случай сопротивления?
2. Видимо у Татьяны были действительно красивые груди. (пытаюсь их себе представить)
3. Пишет Таня хорошо. Читать интересно.
Victor-Avrom | 13.07.2012 15:27
Мнение Татьяны М. о том, что причиной ненависти
является зависть представляется мне весьма плоским.
Так, евреи ненавидели самодержавие и подались в
большевики. Нружели от зависти к закосневшему порядку? В
Гомеле, где мой прапрадед Авром Френкель, раввин, был в
числе отганизаторов еврейских вооруженных отрядов, 90%
молодых евреев стали революционерами. Очень многие были и
не бедные, и прекрасно образованные.

Или взять купцов-старообрядцев. На их деньги, в основном,
и строилась РСДРП. Они кому завидовали? Мамонтов кому
завидовал?
Гость | 12.07.2012 22:53
Татьяна Менакер, по-видимому, плохо знает историю России. В революцию пошли самые разные люди. И талантливые, и не очень, и идеалисты, и проходимцы. Всякие. По другую сторону баррикад были тоже не ангелы. Мазать всех одной только краской в зависимости от мировоззрения, по-моему, неправильно. В Союзе было полным полно врачей и учителей, литераторов и артистов, ученых и инженеров, не только исповедующих коммунизм, но и членов КПСС, и это не мешало им создавать что-то новое, быть способными и талантливыми.
Например, среди членов Еврейского антифашистского комитета было много талантливых людей, членов партии. В том числе и среди расстрелянных 12 августа 1952 года.
Гость | 12.07.2012 20:14
Семья Виктора Шеренциса была Василию Гроссману единственной в мире опорой. Он вырос в доме дяди - доктора Давида Шеренциса, приютившего разошедшуюся с мужем сестру Катерину Савельевну с сыном Васей. Переплетенье судеб трагическое и невероятное. Шеренцисы до войны, получив из рук домработницы (говорю со слов бабушки) письмо первой жены Гроссмана любовнику, открыли ему измену и привели брак к разводу.
----
Да хотя бы в этом параграфе. Такое длинное предложение, и трудно понять кто кому чего и когда. И о какой войне идёт речь? И причём здесь Дуня?

Гость | 12.07.2012 15:59
Бабушка из Бердичева и жизнь в коммуналке с 28-ю соседями наложиди такую глубокую печать на Татьяну Менакер, что даже музыкальное училище и филосовский факультет в Ленинграде плюс колледж в Сан-Франциско
не научили её хотя бы выбирать слова и выражения.
____________

Чистая демагогия, ничем не подкрепленная. Приведите хотя бы один-два примера неумения автора "выбирать слова и выражения". (Кстати, у вас, г-н комментатор, с этим действительно  проблемы, если даже факультет вы называете с грубейшей грамматической ошибкой (надо - филосоФский). Админ сайта "МЗ"
Гость | 12.07.2012 04:49
Господа,переписка Татьяны с Быковым,опубликованная в прошлом номере.настолько увлекла читателей ,что и по выходе этого номера люди идут в архив ,читают статью и даже пишут свои комментарии.
Гость air_force_one | 11.07.2012 19:47
Лихо написано. И не скучно! Спасибо Татьяна!
Манда, 11й Брайтон Бич, Бруклин | 11.07.2012 17:41

Менакер просто умница! Ума палата! Жалко что у нас такой нет! А ты Матроскин просто лузер и завидуешь тем кто построил дом с видом на Тихий Океан!
Ты наверное бездомный Кот, без роду, без племени. Шастаешь по помойкам и ищешь кого нибудь кто сжалится и покормит тухлой рыбой. Леонид Комаровский здорово тебе врезал!
А Таня Менакер философ и писатель, её мечта сбылась Она стала вторым Владимиром Набоковым! И Иосифом Бродским! Мне кажется Татьяна Менакер даже талантливее их обоих!
Гость | 11.07.2012 14:56
Интересно
Страницы: Пред.  1, 2

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com