Logo


Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!


RedTram – новостная поисковая система

Резонанс
От Киева до Магадана
Владимир Козловский, Нью-Йорк

На днях мне позвонил из тюрьмы человек, о котором я впервые услышал в 1996 году, когда бывший федеральный прокурор Чарли Роуз, незадолго до этого переметнувшийся в адвокатуру и представлявший одного из арестованных по делу Япончика, дал мне на несколько дней чемоданчик с секретными документами по этому делу. Я не боюсь выдать Роуза, потому что он давно умер от опухоли мозга.

Среди этих бумаг были ходатайства ФБР о разрешении на прослушку иваньковского окружения. Среди этого окружения числился некий Леня Длинный. Я понятия не имел, кто это такой, и познакомился с ним лишь много лет спустя в «Русском самоваре», где, наконец, узнал, что это Леонид Ройтман, родившийся в Одессе в 1970 году, но по-настоящему развернувшийся в Киеве и потом в Нью-Йорке, куда он впервые приехал в 1989 году.

До этого я видел такого исполинского еврея лишь в Москве, где мы подрабатывали землекопами с верзилой Мишей Штиглицем, раскапывая подвалы старого здания МГУ на Моховой. У Миши была сестра Наташа, которая потом вышла за Толика Щаранского и сделалась Авиталью. Сам Миша стал потом бригадным генералом и вернулся в Москву израильским военным атташе.

Огромный, улыбчивый и страшно добродушный на вид Леня Ройтман пошел по несколько иному пути и сделался в Нью-Йорке правой рукой Алика Магадана, послужной список которого дает ему право быть зачисленным в пантеон наших серийных киллеров.

Алик Магадан

Магадан, в девичестве Олег Асмаков, руководил лютой преступной группировкой, которая в 1990-х годах убила в Москве, Киеве, Нью-Йорке и других местах кучу народа - от парижского коллекционера Гарабеда Крикора Басмаджана и моего шапочного знакомого бизнесмена Фимы Островского до боксера Олега Каратаева и чеченца Саида-Амина Мусостова.

Летом 2004 года я посвятил этой группировке серию «Бригада Магадана», напечатанную в «Новом русском слове». Ройтман, которого я потом несколько раз мимолетно видел в том же «Самоваре», эту сагу, естественно, прочел, но от критики, слава Богу, воздержался.

По сведениям правоохранительных органов, в ближайшее окружение Магадана входили в его нью-йоркский период такие люди, как Ройтман, Юра и Саша Канадские (Гитманы), Борис Григорьев, Олег Циклоп, прозванный так из-за глаз разного цвета, квартет киевских борцов-вольников, работавших официантами в бруклинском ресторане «Метрополь»: Вячеслав и Александр Константиновские (Братья Карамазовы) и Игорь и Юрий Тарасенко (Тарасы), - и, last but not least, Леонард Абелис.

Это единственная известная мне бригада, в которой было три пары братьев.

Ко времени нашего знакомства с Ройтманом к суду в Америке, насколько я знаю, привлекались лишь Абелис, бывший правой рукой Япончика, и четверо борцов-вольников, обвиненных в мошенничестве (дело было закрыто за недостаточностью улик).

Леонид Ройтман (слева) и Моня Эльсон

24 марта 2006 года меня разбудил звонок с сообщением, что Ройтмана и моего старого знакомого Моню Эльсона арестовали за попытку заказать убийство братьев Карамазовых, которые к тому времени сделались в Киеве мультимилллионерами. Они владеют холдингом «Киев-Донбасс», сетью популярных ресторанов «Карт-бланш», жилым комплексом «Дипломат Холл» и «Ботаник Тауэр» и жилым домом «Мускат» в Алуште.

Я был поражен этим известием. Во-первых, Моня, по его словам, прекрасно знал, что группа боевиков, расстреливавшая в 1992 году у него перед домом его самого, его жену Марину и его соратника Олега Запивахина, состояла из членов бригады Магадана, которая в полном составе приехала на эту операцию на четырех машинах. Моня, Марина и Олег чудом уцелели тогда, отчасти потому, что киллеры по запарке случайно подстрелили своего коллегу Бориса Григорьева и, бросив дело на полдороге, повезли его до больницы «Кони-Айленд» (а потом оттуда выкрали, но это уже другая история).

Смычка Мони с бывшей правой рукой Магадана меня удивила. Удивительно было и то, что, если верить судебным документам и украинской прессе, их с Ройтманом провели на мякине. Нанятый ими киллер вроде бы истратил полученный от Ройтмана задаток и потом заявил на них в милицию, опасаясь Мониного гнева. Дальнейшее происходило под контролем милиции и ФБР, которому она сообщила об этом страшном заговоре.

Как водится, через некоторое время после ареста наши герои признали себя виновными. Моня получил четыре года, а Леня – семь.

Пока они сидят на нарах, украинская пресса печатает новые сенсации. Сайт «Тема» и ряд других изданий утверждали, что начальник УБОП Киева Валерий Гелетей и его коллега Виталий Ярема состряпали дело против Мони и Лени по наущению братьев Карамазовых, которые якобы заплатили им за это по 2 млн долларов.

А украинский «Коммерсантъ» утверждал, что Ройтман «в 2003 году был заочно приговорен израильским судом к 10 годам лишения свободы и денежному штрафу в 1 миллион шекелей за мошенничество...». Это тоже было для меня большим сюрпризом.

И вдруг на днях мне звонит Леня и соглашается обо всем рассказать. Вот распечатка нашего разговора.


Бригада Магадана


- Братья Карамазовы были моими партнерами, - сказал Ройтман. - Мы знакомы с 1992 года. Мы вместе много в чем участвовали с 1992 года.
- В культурных каких-то мероприятиях вы с ними участвовали? – спросил я.
- Да, - засмеялся Ройтман. – Можно так сказать: участвовали в том, в чем нас пока никто не обвиняет. Официальных обвинений нам никто не предъявлял.


  Братья Константиновские (Карамазовы)
- А было за что предъявлять?
- Ну, конечно, было. Мы были в бригаде Магадана.
- А какую должность ты в ней занимал?
- Я отвечал за безопасность.
- За безопасность от кого?
- От наших врагов. Как внутренняя контрразведка.
- А кто были вашими врагами?
- Нашими врагами на тот момент были многие, включая Монино окружение.
- То есть твоего подельника по делу о заговоре с целью убийства Карамазовых?
- Да.
- Моня, кстати, утверждает в интервью с Александром Грантом, что ты его сдавал.
- Ну, это чистое вранье. Если у Гранта есть какие-то доказательства того, что я сотрудничал с прокуратурой, пусть он их предоставит в прессе. Кто сотрудничает в Америке с прокуратурой, тот не получает больше всех. До этого у меня не было ни одного привода в полицию. Не то что судимостей.
- А на Украине у тебя были судимости?
- Ни в коем случае.
- Тебя туда сейчас депортируют, очевидно?
- Я сам очень хочу на Украину. Даже если меня захотят оставить, я все равно улечу на Украину.
- Какие у вас с братьями были разногласия? Настолько жестокие, что вы хотели их убрать?
- У Мони были свои. Моня хотел отомстить за покушение на него.
- Но если бы это был единственный мотив, то я подозреваю, что он бы сперва разобрался с теми, кто был под боком. А его зачем-то понесло в Киев. Возможно, все это мотивировалось, в первую очередь, бабками, нет?
- Моня хотел и то, и другое.
- А каким образом вы надеялись заработать? Ну, предположим, убили бы Карамазовых. Каким образом вы могли бы получить их состояние?
- Я являлся акционером компании «Киев-Донбасс» на 14%. Я собрал достаточно много материалов. Я в последнее время не расставался с диктофроном. Последняя моя встреча, которая происходила в 2001 году, была полностью мною записана.
- Встреча с кем и где?
- Встреча была в комнате отдыха «Киев-Донбасса», на которой присутстовали все члены его совета директоров.
- И что из этой пленки якобы явствует?
- Из этой пленки явствует, что члены совета директоров «Киев-Донбасса» распределяют между собой мои 14%.
- Это ты там присутствовал или тебе кто-то записал?
- Конечно, я там присутствовал.
- То есть они при тебе делили твое имущество?
- Да. Обещали мне за это выплатить деньги. Деньги я за это никогда не получил. Мало того: мои личные сбережения, которые были в «Киев-Донбассе», у меня тоже отняли. Все это сделал Вячеслав Константиновский. Именно за это я его и хотел убить.
- А доказать это через суд нельзя было? Или ты просто даже не знаешь такого способа решения имущественных разногласий?
- Я был очень глуп. Вот теперь я все буду доказывать через суд.
- То есть ты думаешь, что срок лишения свободы помог тебе поумнеть?
- Намного.
- Я иногда думаю об этой операции. Вы все же так ее бездарно проводили! Грешно, конечно, смеяться, но настолько все было бездарно исполнено...Ты что, не знал, с кем ты связываешься?
- Очень были серьезные люди. Пиня очень был серьезный.
- Я слышал версию, что он пропил ваши деньги, а потом Моня его так запугал, что он побежал к ментам?
- Это ему велел сказать Валерий Гелетей, который меня арестовывал. Он приехал для этого в Нью-Йорк и был в группе захвата ФБР. Он был в моем доме. Он это изначально придумал.
- Ты уверен, что это правда?
- На тысячу процентов!
- Почему же Моня распускает слухи, что ты его сдал?
- Ну, я не думаю, что он совсем вменяемый человек.
- А ты не боишься его мести, раз ты его называешь не совсем вменяемым человеком? Вдруг он и тебя закажет.
- Нет, не боюсь.
- А чьи бабки были на убийство Карамазовых? Твои?
- Мои.
- Чем занималась бригада Магадана?
- Тем, чем занимались в 90-е годы все группировки.
- А много было их в тот момент в Америке?
- Я думаю, что мы были самые серьезные. Ну, и Монина, конечно, группировка.
- Кто был круче – ваша или Монина? Судя по тому, что вы в него стреляли, а он в вас – нет, очевидно, ваша, да?
- Очевидно, наша, потому что Моня от нас убежал. Именно от нас.
- А почему вы так неграмотно его убивали? Много народу было и стволов, но вы ни одного из них серьезно не ранили даже?
- Опыта мало было, - не моргнув глазом, сказал Ройтман.
- Это ты на себя наговариваешь. – засмеялся я. – Это шутка, да?
- С 1992 по 1995 год бригада боролась за бензиновые сферы влияния.
- А кто были вашими противниками в тот момент?
- Монино окружение. Вовочка. Хозяин «Распутина». Про Вовочку можешь написать, ему уже хуже не будет, - сказал Ройтман, имея в виду Владимира Зильбера, в которого бригада стреляла на въезде на Бруклинский мост, но не убила, а лишь искалечила.
- Вы не поделили с ним бензин, поэтому это произошло?
- Да.
- Опять же совершенно бездарное было дело. Вы зарядили не ту дробь, стреляли через закрытое окно машины. Ты, конечно, извини, что я ставлю под сомнение вашу киллерскую дееспособность.
- Ну, так Славик стрелял. Война с чеченами была более удачной, все они погибли. Вот который в Нью-Джерси, в Форт Ли погиб, - сказал Ройтман, имея в виду Мусостова, которого застрелили у него на лестничной площадке.
- Я недавно был в «Самоваре» с российской журналисткой Юлией Латыниной, так она говорила, что если чеченца замочить, то обязательно с гор приедут его родные и разберутся с с вами.
- С бригадой Магадана пока никто не разобрался, - безмятежно сказал Ройтман.

Поклонник Януковича


- Я очень рад, что наконец-то господин Янукович победил на этих президентских выборах! – патетически воскликнул Ройтман. - Я очень рад, что Украина теперь в надежных руках.
- Это в тебе говорит уголовная солидарность?
- Боже избавь! – обиделся за своего кумира Ройтман. – Это намного лучше, чем Оранжевая революция. Я надеюсь, что он не забудет, кто эту Оранжевую революцию организовывал. Он не забудет, кто выводил боевиков на улицы. Во время Оранжевой революции Карамазов выводил боевиков на улицы. С бутылками зажигательной смеси устраивать беспорядки. Они были очень близки к президенту Ющенко. И только поэтому их до сих пор никто не арестовал за все преступления, которые они совершили на Украине.
- Серьезно: чем тебе Янукович импонирует? Своими взглядами? Внешностью?
- Мне импонирует его команда. Мне импонирует, что он стабильный человек. Мне импонирует, что он пытается навести какой-то порядок сейчас. Я это точно знаю. Мне импонирует, что он не ворошит прошлое, не пытается привлечь к ответственности Сталина и других руководителей ЦК КПСС, как это делал Юшенко Мне импонирует, что он не пытается портить отношения с Россией.
- А тебе что, Сталин симпатичен чем-то?
- Мне Сталин несимпатичен, но мне кажется, что у СБУ – у Службы безопасности Украины – есть более важные задачи на сегодняшний день, чем возбуждать уголовное дело против Сталина и руководителей ЦК КПСС, которые уже давно мертвы, а также давать звание Героя Украины Бендере.

Как распилили Магадана


- Магадан погиб 29 марта 1999 года, когда он вышел из своей квартиры, - сказал Ройтман, которому тот день также запомнился началом американских бомбардировок Югославии. - Нас всех, членов совета директоров, охраняло милицейское спецподразделение «Титан». Включая Магадана.
- А почему? Вы же частные лица?
- У нас было специальное разрешение на охрану. Мы им официально платили деньги. Официально милиция не всех охраняет на Украине.
- То есть одних охраняет, а других нет? У кого больше денег, того больше охраняет, так?
- Нас охраняла, - лаконично ответил Ройтман. – Внизу, у подъезда, находился пункт охраны «Титана». Магадан вышел через черную дверь. Кто с ним разговаривал последний раз, тот его и убил.
- А кто с ним разговаривал?
- Славик.
- А ты откуда это знаешь?
- Потому что я ждал его в другом месте. У меня существует очень много записей. Сейчас я подтвердил их подлинность. В ближайшее время все это всплывет.
- Ты бы прислал мне копию.
- Не могу пока. Все эти записи прошли в Англии проверку, которая заключила, что они являются действительными. Все это всплывет и все узнают всю правду. Я думаю, многие люди на Украине будут шокированы.
- А ты не боишься шокировать так много опасных людей?
- Нет, не боюсь, пусть они боятся, – засмеялся мой интересный собеседник и продолжал: - Магадана застрелили двумя пулями в голову. Умер, не мучаясь.
- Откуда ты это знаешь?
- Это явствует из записей разговоров, которые находятся у моего адвоката в Англии. Есть большая надежда, что они в ближайшее время появятся на свет. Просто эти записи больше волнуют украинские правоохранительные органы, чем газету. Есть запись на касеттах и видеокасеттах разговоров высших сотрудников СБУ, которые знают все про убийство Магадана. Мы им платили..
- То есть они работали на «Киев-Донбасс» за взятки?
- Да. Их зовут Евгений и Анатолий. После смерти Магадана я виделся с ними. Наша встреча была записана. Офицер из «Титана», который меня охранял, записал этот разговор о том, что мы собираемся сделать с людьми, которые убили Магадана. Они предложили посадить в тюрьму братьев и Тарасенко. Я сказал: «Нет, я не хочу, чтобы братьев посадили».
- Почему не хотел? У тебя же с ними противоречия.
- Нет, это было до того.
- До того, как они у тебя якобы деньги украли?
- Да. Эти записи тоже у моего адвоката в Англии. Я не хочу создавать проблемы этим сотрудникам.
- Так не рассказывай мне о них.
- Я им не буду создавать проблемы, если они не будут создавать проблем мне.
- А это правда, что Магадана сожгли в домашнем крематории, который, как утверждают, был в «Киев-Донбассе»?
- Нет. Неправда.
- А что на самом деле стало с трупом?
- Его заморозили в рыбном цеху.
- В каком именно? В Киеве, наверное, много рыбных цехов.
- Тебе дать адрес?
- Да, а то у меня пара трупов свежих есть.
- Потом, когда тело было заморожено, его распилили и закопали по городу, - продолжал Ройтман, так и не дав мне адреса.
- То есть где? В клумбах?
- В лесопосадках.
- А кто распиливал?
- Это тоже есть на кассетах.
- Но это какие-то люди, которых я упоминал в своей серии «Бригада Магадана»? Или тамошние рабочие?
- Члены бригады.
 

Моня и Пиня


- С Моней познакомились как?
- В самолете.
- Ты летел куда?
- В Украину. А он летел через Вену в Израиль.
- Вообще-то ваша бригада его однажды убивала. На какой, собственно, почве вы с ним подружились? Ты подошел и сказал что?
- В самолете нас познакомили.
- Ну и как ты представился? Ты извинился перед ним?
- Ну, что было то было.
- То есть Моня абсолютно не предъявлял тебе претензий по этому поводу?
- Нет, нет. Он был очень рад знакомству.
- Вы сошлись на основании общих знакомых?
- На основании общих врагов. Моня хотел им мстить.
- То есть сразу речь зашла о Константиновских?
- Да.
- Расскажи о Пине.
- Пиня – это лидер группировки, которая называется «Малолетки».
- А он действительно такой молодой?
- Нет, просто так группировка называлась. Когда они все начинали, они были малолетками. Это очень серьезная группировка, которая совершила в Западной Европе, по моим подсчетам, около 40 убийств.
- Ты не боишься проблем с ее стороны, если ты сейчас поедешь на Украину?
- Не боюсь.
- Почему?
- Ну, не боюсь, и все. Меня с ними познакомил Моня. Пиня, во-первых, не бедный человек, и ему не надо было пропивать 50 тысяч депозита. А 50 тысяч были выделены Пине на покупку машины и оружия, а не так, как писали в интернете, что это был задаток. Это не был никакой задаток.
- То есть он задаром согласился убрать братьев?
- Да.
- Или ему обещали долю от «Киев-Донбасса?»
- Ему обещали долю в размере 5%. Но денег ему никаких не обещали.
- Расскажи о Гелетее.
- Это крыша была «Киев-Донбасса» по Украине. Он живет в квартире, которую ему подарили братья Карамазовы.
- Зачем ему дали взятку в два миллиона?
- Братья хотели меня уничтожить. Они готовили мне западню, чтобы я приехал на Украину, а Гелетей готовил захват. При котором меня должны были физически уничтожить. Ему дали два миллиона за то, чтобы он все это придумал вместе с одним авторитетным бизнесменом из России. Без разрешения этого авторитетного бизнесмена Пиня бы никогда не решился стать мусором.
- Так Пиня вас сдал-таки?
- Конечно. Изначально притом. С первого разговора.
- То есть как только ты к нему обратился, он начал тебя класть?
- Он сразу начал меня писать.
- А почему он это делал?
- Опять тебе повторяю: все это придумал один авторитетный бизнесмен совместно с Гелетеем.
- Но как они могли тебя заставить заказать братьев? То есть придумали покушение вы с Моней, в конечном счете?
- Нет, нет, нет. Моня мне сказал, что они с Пиней давно разрабатывают это. Я послушал, что они собираются делать. Сказал: «Все неправильно Давай я с тобой встречусь, все объясню, как делать правильно».
- А зачем ты им понадобился? Курс молодого киллера им преподать?
- Они братьев просто хотели ликвидировать, а как к деньгам подобраться, не знали.
- А Пине какой смысл был их ликвидировать?
- По просьбе Мони.
- Но эту операцию, ты говоришь, придумал Гелетей?
- Ее придумал Гелетей и один авторитетный бизнесмен изначально. Они поставили Пиню под Моню. Пиня писал меня с самого начала по просьбе авторитетного бизнесмена.
- А за что он тебя не любит так? -
спросил я, тоже не называя имен, но подозревая, что Ройтман имеет в виду человека, которого Роберт Фридман окрестил Головастым Доном.
- Сейчас он уже не любит Карамазовых. У нас мир такой. А на тот момент он с ними партнировал по газу. Пиня был начальником служьы безопасности Севы Могилевича в Венгрии. Всегда, когда Моня приезжал к Севе в Венгрию, Моню охранял лично Пиня. Пиня – это далеко не придурок, как его пытаются выставить. Я ж тебе объясняю: они убили в Западной Европе более 40 человек.
- Это показатель ума – сорок человек замочить?
- Это показатель! – со знанием дела сказал Ройтман. - Пиня – серьезный человек.
- На тебя было уголовное дело в Израиле?
- Никогда! Это вранье, которое придумал опять же Гелетей. У меня нет никаких проблем с Израилем. Там есть другой Леонид Ройтман. Они всё это подогнали под меня.
- Какие у тебя воспоминания о Магадане остались?
- Очень положительные.
- Без шуток?
- Без шуток.
Количество обращений к статье - 25738
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com