Logo
1-10 декабря 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18












RedTram – новостная поисковая система

Времена и имена
«Ты отметил нас трудной любовью»
Йонатан Спектор, Иерусалим

Натан Альтерман был энергичным сторонником движения за неделимый Израиль, всецело посвятив этому свою публицистическую деятельность. 14 августа - день рождения выдающегося израильского поэта.

Натан Альтерман родился в 1910 году в Варшаве, в семье Ицхака и Беллы Альтерман. Отец будущего поэта был одним из организаторов первого в Польше "ивритского" детского сада, где с детьми разговаривали исключительно на этом древнем языке. Поэтому иврит, наряду с языком идиш, был впитан Натаном с младых ногтей.

Во время Первой мировой войны Альтерманы переехали вглубь России, и конец войны и время революций застали их в Москве, где Ицхак Альтерман в начале 1917 года открыл еврейские педагогические курсы (недалеко от Яузского моста). С той поры русский язык на всю жизнь стал для Натана Альтермана языком чтения, на котором он знакомился с лучшими образцами русской и мировой литературы .

Стихи на иврите Натан начал писать в Кишиневе во время учебы в сионистской религиозной  гимназии для мальчиков "Маген Давид", но это были лишь первые опыты .
В 1925 году Альтерман с родителями переехал в Палестину, поступил в гимназию "Герцлия", которую окончил в 1929-м, хотя особыми способностями в школьные годы не отличался, оставшись в памяти учителей молчаливым застенчивым отроком, хоронившимся от любопытных глаз на последней парте .

Израильский историк и педагог д-р Зоя Копельман пишет, что отец будущего поэта сразу включился в педагогическую работу и сделался активным участником строительства еврейского «национального очага» в Палестине. Он был знаком со всеми местными знаменитостями, боготворил Бялика, ходил на все спектакли театра «Габима» в Тель-Авиве. Звезда театра Хана Ровина, как показал исследователь творчества Альтермана Дан Мирон, поразила воображение мальчика и стала его «Прекрасной дамой» – ей он посвящал первые стихи. Альтерман и женился впоследствии тоже на актрисе (правда, из тель-авивского Камерного театра) Рахель Маркус, которая стала и матерью любимой и единственной дочери Тирцы, красавицы, актрисы, поэтессы, трагически погибшей в Тель-Авиве.

Кстати, о Рахель Маркус. Израильский писатель Владимир Фромер в "Иерусалимском журнале" рассказал трогательную историю любви поэта: "Альтерман встретил ее в 1935 году в тель-авивском кафе "Ливанский снег", где собирались художники и поэты. Сама Рахель об этой встрече вспоминала так: "С той поры, как я увидела его, я не смотрела больше ни на кого на свете всю свою дальнейшую жизнь". И еще рассказывает Рахель: "С Натаном я жила, как у подножья действующего вулкана. Знаешь ведь, что извержение может произойти в любую минуту. Неделями тянется абсолютное спокойствие. Натан погружен в себя. В нем идет напряженная внутренняя работа. Я понимаю, что происходит, и воспринимаю как должное его уход от действительности. Не то чтобы меня это не печалило или не огорчало. Просто я смирялась. И ждала... Зато какое это было счастье, когда Натан читал мне свое новое творение. Это поднимало меня на такие высоты, каких мне бы никогда не достичь без него. Душевный взлет, который я переживала в эти минуты, суждено испытать лишь очень немногим. Я всегда знала, что нелегко быть женой большого поэта. И не испугалась. Есть во мне сила для того, чтобы выдержать все. Я никогда на него не сердилась... Мое кредо — это слова Ноэми из пьесы Натана "Корчма духов": "Ну, а если я расплатилась за все, то разве не имею на это права? Разве не может один человек подарить другому свою душу? Да, душу. В обмен на душу, на мечту, на иную жизнь? Подарить просто так...".

Но Рахель знала, что у нее есть соперница... Циля Биндер, художница, была прекрасной дамой Натана Альтермана. Когда они встретились, ей было девятнадцать, ему — за сорок... Однажды он увидел в кафе девушку с нежным овалом лица. Вот и всё. С тех пор - свыше двадцати лет - ее жизнь не сходила с орбиты его жизни. Она была счастлива, потому что любила, но и страдала из-за того, что так мало значила в его жизни. Вот отрывок из ее письма, из которого сразу становится ясно, как эта женщина умела любить: "Мой Альтерман, что мне делать с моей тоской по тебе? Что мне делать с моей любовью, которая становится все огромней с каждым часом, с каждой минутой? Она больше и сильнее меня. Помоги мне, мой Альтерман. Ведь мне суждено навсегда остаться на обочине твоей жизни. Никогда ты не будешь моим. Никогда мне не гладить твоих рубашек. А ведь для меня это было бы высшим счастьем. Мне ничего не надо в жизни, кроме твоей любви...".

Свое первое стихотворение Натан Альтерман опубликовал в 1931 году. С самого начала творчество поэта развивалось в двух направлениях. С одной стороны, он рано получил известность как автор популярных злободневных стихов, выражавших политические устремления ишува в борьбе против британских колониальных властей в 30-40 гг., с другой - он выступал как утонченный поэт-лирик, один из признанных лидеров литературного авангарда своего времени .

В 1934 году Альтерман начал печатать свои политические стихи на страницах газеты “ха-Арец”, сотрудником которой оставался до 1943 года, когда перешел в рабочую газету “Давар”, где вел еженедельную колонку, публикуя актуальные, часто сатирические, стихи под рубрикой “Ха-тур ха-швии” (“Седьмая колонка”). В них он выступал против британских властей, запрещавших репатриацию евреев в Палестину, поддерживал борьбу еврейского народа за национальное возрождение на своей исторической родине.

Там, в этой колонке, были, среди прочих, опубликованы стихи, посвященные итальянцу – капитану судна «Хана Сенеш», который в 1945 году провел его через заслон британской морской охраны и высадил нелегальных иммигрантов на берег Земли Израиля, в Нагарии:
Стихотворение было написано по следам этих событий, вот несколько строк из него:

…День придет – и в таверне, в беседе ночной,
Ты вздохнешь за бутылкою «Кьянти»,
Улыбнешься и скажешь, тряхнув сединой:
«Постарел я, друзья мои, гляньте!

Но хоть много на свете прошел я путей,
Еще помню – о, Санта Мария,
Как при высадке, ночью, я промок до костей
В этой… как ее звать?.. Нагария!

В лице итальянского капитана Ансальдо поэт благодарил всех мореплавателей, с риском для жизни переправлявших евреев в Палестину вопреки постановлениям британского парламента.

Годы Второй мировой войны не могли не отразиться в стихах Альтермана, выросшего и воспитанного на европейской культуре – в том числе и на немецкой. В 1942 году, когда массовому уничтожению «культурных» нацистов подвергались сотни тысяч беззащитных евреев – от стариков до новорожденных детей, Натан Альтерман написал безжалостные и пронзительные стихи «Из всех народов», которые талантливо перевел Давид Маркиш:

Помнит мир о сокровищах прошлых веков -
Ведь наследие предков бесценно.
А хрустальные чаши ребячьих голов
Изуверы
Дробят
О стены!

Крик последний звенит: “Мама, ты не гляди,
Это зрелище — не для женщин.
Мы ведь тоже солдаты на этом пути,
Только ростом немного поменьше”.

И, казалось, кричит размозженная плоть:
“Бог отцов наших, помним мы кровью:
Средь народов земли ты избрал нас, Господь,
Ты отметил нас трудной любовью.

Ты, Господь, из мильонов детей нас избрал.
Пред тобою погибли мы, Боже,
Нашу кровь ты в большие кувшины собрал -
Потому что ведь некому больше.

Запах крови вдыхая как запах вина,
Всю до капли собрав ее, Боже,
Ты с убийц наших, Господи, взыщешь сполна.
С большинства молчаливого — тоже…


В декабре 1947 года Альтерман, по свидетельству Зои Копельман, не побоялся опубликовать свое знаменитое стихотворение «Серебряное блюдо» – оно увидело свет в той же «Седьмой колонке» спустя две недели после исторического голосования в ООН 29 ноября 1947 года, когда евреи в ишуве и во всем мире ликовали: им обещали государство на Земле Израиля. Две недели поэт привыкал к этой мысли, сживался с ней, взвешивал настоящее и будущее. И вот, в разгар всеобщей радости и ощущения выстраданной и заслуженной политической победы, он пишет стихи, эпиграфом к которым выбирает недавно прозвучавшие в Европе слова Хаима Вейцмана: «Государство не преподносят народу на серебряном блюде».


«Государство не преподносят народу на серебряном блюде»

В своем творчестве Альтерман всегда откликался на общественные проблемы Израиля. После Шестидневной войны он стал энергичным сторонником движения за неделимый Израиль, то, что на иврите называется "Эрец Исраэль ха-шлема", всецело посвятив свою публицистическую деятельность идеям этого движения. Для него, потомка праотца Авраама, актуальными оставались слова Торы: «И сказал Господь Аврааму: Возведи очи твои и с места, где ты теперь, посмотри к северу и к югу, к востоку и к западу, ибо всю землю, которую ты видишь, тебе дам Я и потомству твоему навеки» (Бытие / Берейшит, 13:14-15).

Зоя Копельман утверждает: в конце 60-х многие израильские писатели, да и вообще видные деятели страны, призывали вернуть арабам присоединенные в Шестидневной войне территории, не разделяя радости от расширения государственных границ. Натан Альтерман не побоялся остаться в непопулярном меньшинстве, ибо таковы были его убеждения...

В его первом сборнике стихов “Кохавим ба-хуц” (“Звезды на просторе”, 1938) заметен поиск путей разрешения конфликта между духовностью Земли обетоваанной и реалиями будней зарождающегося государства евреев. Одним из таких путей было утверждение существования закономерности во Вселенной: порядка, симметрии, ритма, что воплощено и в структуре стихов Альтермана .

В “Ширей маккот Мицраим” (“Песни о казнях египетских”, 1944) Альтерман развивает свои идеи. Опыт еврейской истории он переносит на все человечество. Десять казней, поразившие Египет, толкуются как символ неизменной цикличности человеческой истории, проходящей в чередовании добра и зла, кровопролития и мира, разрушения и возрождения. Последний сборник стихов Альтермана “Ир ха-иона” (“Город плача”, 1957) передает мироощущение поэта в связи с двумя историческими событиями в жизни еврейского народа — Катастрофой европейского еврейства и возрождением Государства Израиль. В большинстве стихов этого сборника сохранены основные черты лирики Альтермана с ее яркой образностью и изощренной символикой, некоторые же из них близки по стилю злободневным политическим строкам из "Ха-тур ха-швии" .
К контрасту между современным городом и сказочным миром Альтерман возвращается и в последней написанной им поэме “Хагигат каиц” (“Летнее празднество”, 1965).

Драматические произведения Альтермана включают пьесу “Кинерет, Кинерет” (1962), посвященную Второй алие (поставлена Камерным театром); “Пундак ха-рухот” (“Гостиница духов”, 1963), поэтическая драма о художнике; “Мишпат Питагорас” (“Теорема Пифагора”, 1965) - о роботе, обладающем чувствительностью человека; и “Эстер ха-малка” (“Царица Эсфирь”, 1966). Альтерман написал также ряд критических статей, собранных в книге “Ха-масеха ха-ахрона” (“Последний слиток”, 1968) и многочисленные стихи для детей .

Кроме всего прочего Натан Альтерман - один из самых значительных переводчиков мировой художественной литературы на иврит. Среди его работ - комедии Мольера, трагедии Шекспира, баллады Бернса и многие другие, в том числе и «Доктор Айболит» Корнея Чуковского, который на иврите стал называться «Ай-ли-мар». Собрание сочинений Альтермана в четырех томах вышло в 1961-62 годах, а второе многотомное издание полного собрания сочинений - уже после смерти поэта (он умер 28 марта 1970 года в Тель-Авиве) в 1971-79 гг. Издан сборник стихов Альтермана и в русском переводе (в 1974 году в Тель-Авиве) .

Количество обращений к статье - 3508
Вернуться на главную    Распечатать

© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com