Logo
8-18 марта 2019



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19
06 Апр 19












RedTram – новостная поисковая система

Корни и крона
Мама моя – из АЛЖИРского списка (ч.2)
Владимир Славинский, Глен Спэй, Нью-Йорк

(Продолжение. Начало в «МЗ», № 578)

Ну а что же мама делала в Кировской области до ареста и лагерей? Справка - оригинальная, с живой печатью и подписью, но без номера (позор КГБ!):


Оказывается, мамино дело было уголовным, и «уголовница» до ареста преподавала немецкий язык советским школьникам! Ну да что взять с уродов? Интересно, что этот язык мама где-то выучила между делом так, что могла преподавать, а понимала до старости - я это хорошо помню.

Итак, 26 ноября 1937 года мама была по-настоящему арестована и отправлена по этапу к месту заключения. А вот и главная справка о реабилитации за № ДН -1590, выданная 3 декабря 1956 года Военным Трибуналом Уральского Военного Округа в г. Свердловске:


Однако опять не понимаю, причём тут Трибунал военного округа? Получается, что и сажала, и реабилитировала армия, а НКВД тут вообще не причём... Так может зря снесли памятник железному Феликсу? Неужто погорячились? Ай, я-яй! Обратите внимание, что арестована она была 26 ноября 1937 года, а постановление об её аресте было принято лишь 29 декабря 1937 года!!! Пацаны были в такой запарке, что просто не успевали штамповать постановления. Сначала арестовывали, а потом, через месяц, «оформляли»... Что называется не просто служили, а выслуживались. «...Страна рабов, страна господ. И вы, мундиры голубые, и ты – им преданый народ».

При аресте мамину пятилетнюю дочь у неё забрали и сдали в один из специально созданных детских домов для детей врагов народа. Само собой, ни ей, ни родственникам не сообщили, куда отправили ребёнка. Кавказец знал, что такое кровная месть. Чем больше этих детей погибало от болезней и бескормицы, тем спокойней ему спалось в Кремле. Их и погибло несчётно!

Однако поиски Наташи начались, как только мама попала, наконец, в «свой» лагерь и получила возможность переписки. Здесь стоит рассказать о том, как мама никогда не сдавалась обстоятельствам. Еще до отправки, в Свердловской пересыльной тюрьме, она подрядилась добровольно – на пару с женой маршала Якира - мыть полы, и, имея контакты с зэчками и вертухаями, узнала, куда их отправят – узнала ещё до того, как их посадили в эшелон. Причём узнала точный адрес. Но как отправить письмо родным?

Надо сказать, что когда забирали Наташу, не взяли ничего из её вещей и игрушек. Протокольная морда без грудей и задницы заявила маме, что отныне о девочке хорошо позаботится советская власть и ребенок вскоре забудет свою преступную мамашу. А вот заключённые на пересылку шли в своей одежде и даже с небольшими сумками или чемоданами. Так вот мама и везла с собой на память большую и красивую заграничную Наташину куклу. Уже в скотском вагоне зечки написали письма родным, зашили их в эту самую куклу и подбросили её детям, игравшим возле железнодорожной насыпи. А дальше - какие-же есть, однако, люди на Руси! Начальство очень удивилось, когда только прибывшие бабы стали получать письма на адрес лагеря. Этот случай уже описан в не помню чьих мемуарах без указания имён. Но я знаю имена - Мария и Наташа.

Где-же провела мама 8 лет заключения? Кстати, к пяти годам, положенным членам семьи изменников Родины ей добавили 3 года автоматически как члену партии – «за потерю бдительности». Надо было «стучать», пока органы сами не взялись за дело! Организация, которая сама себя назвала паскудным словом «органы» - это отметил Солженицын... Смехотворная деталь – 3 года добавили, а из партии исключить забыли. Это выяснилось, когда мама восстанавливала свой партийный (с 1930 года) и трудовой стаж (с 1928 года). Ещё смешнее - девушка из учётного отдела Винницкого обкома партии при маме бегала узнавать, должна ли та выплатить партвзносы с 1937 по 1960 год и из какого расчёта – но ей разъяснили, видимо, что исключительно по доброте партии с «этих» решено взносов не брать!

Итак, наконец, справка за № 24/С-120, выданная 7 июля 1960 г. Управлением п-я Р-246 Министерства Внутренних дел Казахской ССР, с. Долинское Карагандинской области:


Пусть вас не удивляет расположение управления п-я Р-246 в селе Долинское. Откройте сайт: http://ru.wikipedia.org/wiki/Карлаг Вот цитата с сайта: «Карлаг (Карагандинский исправительно-трудовой лагерь) — один из крупнейших исправительно-трудовых лагерей в 1930- 1959 годах, подчинявшийся ГУЛАГу НКВД СССР. За годы своего существования один только Карлаг принял около миллиона человек на "перевоспитание". К началу 1950-х Карлаг насчитывал более двухсот лагерных отделений и пунктов. Площадь ИТЛ к этому времени равнялась территории Франции. Лагерь располагался на территории Карагандинской области Казахстана. Протяженность территории Карлага с севера на юг составляла около 300 км, с востока на запад около 200 км. К 1940 году освоенная площадь территории лагеря составляла 1 780 650 гектаров. Административно-хозяйственный центр лагеря находился в селе Долинское, в 45 км юго-западней Караганды». Вот так! А то подумаешь, какое-то село Долинское...

Но начинала мама в печально знаменитом АЛЖИРе, куда прибыла 25 февраля 1938г из Кировской пересыльной тюрьмы. Партию разместили на полу в чужом бараке (всё-таки за бортом было - 30˚С) и началось строительство, как говорят в Израиле репатриантам, «своего первого дома на родине». Стены ставили из самана - глины в смеси с навозом («кизяками»). Размешивали водой и, пока смесь не замёрзла, быстро-быстро формовали кирпичи и таскали носилками на укладку. Работали не чрезмерно, всего по 10 часов в день, правда на морозе и без выходных. Мама была хоть и маленькая, но выносливая – даже не чихнула ни разу. Ну а если и померло сколько-то из числа избалованных жён врагов народа, то кто же их там особо считал? Важно, что уже через месяц прекрасно устроились в слегка вонючем, зато своем бараке и притом с печкой- буржуйкой, которую топили тем же сухим навозом. А чем ещё прикажете топить в казахской степи? Не ценным же антрацитом, который выдавали на-гора враги народа неподалёку, в карагандинских шахтах! Спросите, откуда столько навоза? Так ведь работали на фермах да овчарнях, навозу было завались – на себе таскали и на вахте его не отбирали, как видно «брезговали»... И так полтора года. Потом КарЛаг с 1 ноября 1940 г. Когда не работали и не спали, то почти все писали письма в Кремль, товарищу Сталину. Дескать, ну я понимаю, враги кругом, обострение классовой борьбы и международной обстановки. Но я-то ведь чиста перед вами, дорогой и любимый! Вы уж там разберитесь, пожалуйста. Мама Сталину не писала. Была не из Мухосранска, понимала, откуда ноги растут. Ну а тут ведь война висела на носу, нужно было срочно наращивать животноводство. Да и сам товарищ Сталин, как мы знаем, шашлык уважал! Короче, маму как есть слегка образованную (рабфак и 2 курса Плановой Академии) направили на курсы ветеринарных фельдшеров в самой столице – селе Долинка.

А вот и удостоверение за №370, с «небольшой» задержкой в 17 лет, наконец выданное 11 июля 1957 года маме по случаю реабилитации Учебным комбинатом Карагандинского совхоза в селе Долинка. Пусть вас не введет в заблуждение такое мирное название – учебный комбинат совхоза. Фиолетовая печать на удостоверении разборчивая и прекрасно сохранилась. Итак, ещё в 1957 году на этой круглой печати стояло: «Почтовый Ящик Р-246 МВД СССР». А подписано удостоверение вполне штатскими людьми ( а может просто в штатском?).


Обратите внимание и на дисциплины – вполне серьёзные, и на мамины оценки. А если учесть, что лекции им читали «вредители», сплошь бывшие профессора Ленинградской ветеринарной академии, то мама стала очень хорошим ветеринаром. Это и сохранило жизнь ей и мне в голодуху после войны (как будто голодуха при коммунизме когда-нибудь полностью прекращалась!). Профессия была востребована и хорошо оплачивалась если не рублями, то побочными продуктами...

Конечно, были у них на курсах и политзанятия, в списке не указанные. Вот на последнем их и предупредили, что за недород на их фермах им могут добавить срок, а эпидемии и падёж скота будет рассматриваться как саботаж и караться по законам военного времени «высшей мерой пресечения». Ну, у мамы обошлось без этих глупостей. Со временем за успехи в животноводстве её практически расконвоировали, т.е. перестали охранять и сопровождать, дали лошадь с телегой и прикрепили к нескольким фермам и овчарням в радиусе примерно 20 километров. И то - оттуда никто не бежал, даже имея лошадь. Кругом безлюдная степь на 100 километров в любую сторону. И болела она, и не ела сутками, и замерзала, и ранила руки – всё было, но выжила и выстояла ещё 4 года. Её ценили. То окот у личных овечек Начальника, то жеребится породистая и ценная кобыла и надо принимать Будённого, будущего любимого коня Ворошилова... Всё она!

6 ноября 1943 года освободили Киев. Мама ещё год надеялась - тётя Соня из Москвы искала и наводила справки. Но в начале 45-го мама узнала про Бабий Яр, что никто в Киеве не уцелел и Наташа наверняка погибла. А ведь её нашли в детдоме ещё до войны и сумели забрать, и послали к бабушке в Киев - на погибель. Невозможно описать отчаяние заключённой, чья надежда увидеть свою дочь только и давала силы дожить до освобождения. Все надежды рухнули. Жизнь разом лишилась смысла, а освобождение – цели. Мама только однажды вспоминала вздутую от разлива речку с плывущим по ней льдом, себя, не умеющую плавать и храпящую от страха лошадь, не желающую сворачивать с моста. И вот там, на мосту, она вдруг решила не просто жить дальше, всем бедам назло, но родить и вырастить другую дочь и назвать её Наташей. Не её вина, что родился я!

Решено – сделано. Люди рождаются на свет в результате свободной игры случайностей. Каждый, единственный и неповторимый, может появиться только от его родителей и только будучи зачат в одну единственную и для него тоже больше не повторимую ночь. Мать должна при этом хотеть и быть способной его выносить и родить. А дальше – «невыносимая лёгкость бытия»...

В моём «деле» случайности были сведены к минимуму. Я был отчаянно желанный. Мамино здоровье позволяло меня выносить. Родиться раньше я не мог, иначе это произошло бы в неволе. Родиться позже я не мог – моего будущего отца собирались со дня на день прибрать в армию. Так что скорее всего я был зачат в международный женский день 8 марта 1945 года. Мужчин в тех краях было намного больше, чем женщин, а мама в свои 36 лет, невзирая ни на что, сохранила следы былой красоты, так что выбор отца ребёнка был за ней. Но выбор этот для мамы был сведён к минимуму – замордованные зэки и мордатые охранники отпадали. Рядом был лагерь уже расконвоированных поляков, сохранивших человеческий облик. Оставалось найти из них лучшего, что, как мама уверяла, ей удалось. Поляки звали его Михась, местные – Миша. Фамилию его мама никогда не видела на бумаге, но звучала она как Майтушевич или Матусевич. Был он здоровый, красивый и тоже голубоглазый. По образованию и профессии – инженер-электрик, но к моменту знакомства с мамой уже имел привилегированную работу – возил на бричке какого-то начальника. Сам был из Варшавы. Больше ничего о нём мама не знала и не интересовалась. Как я уже написал, в её планы входило только рождение ребёнка, а не создание молодой советской семьи в КарЛаге. Я её никогда за это не осуждал и лишними вопросами не донимал. Родила – спасибо отдельно! В анкетах всегда писал стандартное: «Рождён вне брака, об отце сведений не имею». Это чистая правда, ребята...

Самое время объяснить, откуда там взялись поляки. В сентябре-октябре 1939 года товарищи Сталин и Гитлер по взаимному согласию разделили Польшу, начав тем самым 2-ю Мировую войну. До самого «вероломного» нападения Германии на СССР в 1941 году между ними была дружба, торговля и полное взаимопонимание. Великий стратег всех времён и народов товарищ Сталин угрозу нападения, о которой его многократно предупреждали и даже называли дату, игнорировал. Поэтому оно получилось «внезапным», но только для обманутого им народа...

Итак, в 1939 году к СССР отошли восточные территории Польши с населением в 13 миллионов человек. Какой это был богатый материал для НКВД! Первым делом польские военнопленные офицеры были вывезены и вскоре расстреляны в Катыни под Смоленском. Лишь в 1990 году руководство СССР официально признало ответственность НКВД за это преступление. Практически все штатские мужчины, кто не проживал на территории, захваченной СССР, а просто оказался там «к моменту» по личным причинам, были выявлены, интернированы и депортированы в Сибирь и Казахстан. Товарищу Гитлеру их не вернули, а решили сами использовать «на шармака». Вот они и жили за колючкой 5 лет и работали за баланду, как обычные зэка. Польская Армия Людова, созданная в СССР, к концу войны нуждалась в наполнении. «Декретом прокоммунистического Всепольского народного совета 21 июля 1944 года из Армии Людовой и польской армии в СССР было образовано Войско Польское». Депортированных поляков стали «приглашать» в эту армию.

В конце марта польский лагерь исчез. Всех погрузили в эшелон и увезли в неизвестном направлении. К самому концу войны вернулся к своей женщине и к своему ребёнку изрядно искалеченный друг моего отца. Он и рассказал маме, что эшелон подорвался на мине и Михась погиб, как почти все, кто там был. Произошло это на территории Польши, к тому времени уже полностью очищенной от немцев. Как объяснили выжившим, это была работа СС - групп «вервольфа». У него на этот счёт были большие сомнения - и у меня тоже. Впоследствии, когда меня пацаном спрашивали, где мой отец, я отвечал – погиб на войне. Это правда, только война эта велась большевиками с собственным народом и с народами тех стран, куда дотягивались их кровавые руки.

Итак, мама освободилась 26 ноября, отсидев от «звонка» до «звонка» ровно восемь лет. У ней ещё оставалось целых 11 дней, чтобы добраться до нормального, штатского роддома. Она успела – и 8 декабря 1945 года я родился в городе Щучинск Кокчетавской области - уже на свободе. В отличие от Высоцкого, "первый срок отбывал я не только в утробе", но и в КарЛаге ГУЛАГа НКВД одновременно.

Полтора месяца после родов мама нигде не работала. Жила в роддоме, мыла полы и посуду, помогала по уходу. Но уже с 21 января 1946 года начала работать ветфельдшером в колхозе имени Михаила Фрунзе Кутуркульского сельсовета Щучинского района Кокчетавской области.

Маму имена тогда не волновали. Она меня не видела и не кормила сутками – моталась по степи между кошарами и фермами. Я временами опухал с голоду, временами - от сырых сливок прямо из-под сепаратора, которыми меня спасали добрые люди. На фотографии того времени я сижу на коленях у мамы в период сепараторных сливок, мордатый и лысый - вылитый Никита Хрущёв. С возрастом сходство исчезло и подозрения отпали... Мама одета и причёсана, как крестьянка. На колене рука с совсем не женским кулаком. Уже 1 октября мама уволилась и на свой страх и риск подалась на Украину, поближе к уцелевшей сестре.


Кстати, здесь следует упомянуть безымянного сына украинского народа, занимавшего в 1946 году должность начальника паспортного стола г.Киева. Этот отмочил номер – взял и выдал маме чистый паспорт взамен «утерянного» со штампом «Освобождена из мест заключения с 1937 по 1945». Это практически означало: «Без права проживания западней Урала, далее везде...». Правда, выдал не бескорыстно, отнюдь, но всё равно - орёл! Мамина сестра, незабвенная тётя Фаня, в то время лучшая портниха Киева, обшивавшая местную «знать», одела его бесплатно в костюм из «бостона» - неслыханная роскошь в 1946 году. На бостон ушло всё ценное, что ещё оставалось в семье, ну а уж работа своя... Мама поселилась на квартире в обычной украинской деревенской хате и проработала ещё два года в местном колхозе ветфельдшером. Ночевала уже всегда дома, могла меня кормить и обстирывать. Ну а моим воспитанием занимались хозяйкины дети. В результате я вначале заговорил по-украински. Будучи в гостях в Киеве, поразил жильцов коммунальной квартиры, всех поголовно говорящих только по-русски – заорал кому-то на кухне без малейшего акцента: «Нэ чыпай мого зошыта!» (не трогай мою тетрадь). Этого «зошыта» мне потом вспоминали лет до двадцати. Но однажды мама пришла с работы и я встретил её с порога словами: «Ты жидiвка, жидiвка!».

(Окончание следует)
Количество обращений к статье - 1364
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (4)
Юрий, Калгари, Канада | 08.02.2019 03:14
Наши матери сидели в одном лагере (АЛЖИР) в одно и то же время. Меня, к счастью, забрала, усыновила и вырастила тётя. Мать вернулась в 1945г, когда мне было 9 лет. До реабилитации в 1956г мать жила на "101км", т.е. в 100км от крупных городов. Оправиться от лагеря и гибели отца так и не смогла, умерла в "психушке".
Сколько судеб загубили эти сволочи!
Виктор Снитковский | 03.02.2019 02:55
Спасибо товарищу Сталину (и всем остальным кремлевским сволочам) за наше прекрасное детство!
Лина , Иерусалим | 17.01.2019 15:45
Низкий поклон Вашей прекрасной маме, глубокоуважаемый Владимир!
Юрий Зислин, Иерусалим | 16.01.2019 20:14
Дорогой Володя! Глубоко потрясен прочитанным. Не хватает слов для того, чтобы передать свои впечатления. То, что перенесла твоя мама, что перенес ты (не только генетически!) хватило бы на большую команду. Слава Б-гу, вам хватило мужества для преодоления выпавших вам испытаний. Будем ждать окончания этой поистине драматической истории, изложенной, кстати, мастерски. Обнимаем!

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2019, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com