МЫ ЗДЕСЬ - Публикации

http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=2795
Распечатать

«Древнееврейские сионисты не успокоились…»

Владимир Ханелис, Бат-Ям

О том, как Ленин и Сталин благословили постановку пьесы "Гадибук", а евреи их за это осудили...


Я уже писал, что в израильских архивах хранятся горы интереснейших материалов. Среди них - документы о том, как боролся за возможность существования в Москве в первые годы советской власти театр на иврите "Габима". Эти старые письма, резолюции, стенограммы, прошения разыскал и опубликовал несколько лет назад в своей монографии российский искусствовед Владислав Иванов.

В двух словах история такова. У «Габимы» уже с первых дней после захвата власти большевиками появились лютые враги – евреи, сотрудники Центрального комиссариата по еврейским национальным делам в составе Наркомнаца, который возглавлял Сталин. Они протестовали против того, "что "Габима" и подобные ей организации еще субсидируются, а не ликвидированы советской властью", "что в "Габиме" древнееврейские сионисты не успокоились", "что "Габима" воспитывает своих питомцев в атмосфере ненависти к родному языку масс (идиш – В.Х.) и т.д., и т.п.

Защищали «Габиму» Горький, Станиславский, Немирович-Данченко, Таиров, Марджанов, Шаляпин и другие. Они обратились с письмом к Ленину. Тот ответил вполне благосклонно. Но травля театра продолжалась. В конце концов, друзья посоветовали руководителю "Габимы" Науму Цемаху обратиться к наркому товарищу Сталину.

Вот как вспоминает об этом актер "Габимы" Давид Варди (Розенфельд):
"… Мейерхольд положил нам руки на плечи (с Варди был Наум Цемах – В.Х.) и повел прямо в кабинет Сталина, открыл нам дверь, а сам ушел. (Дело происходило в 1920 году – В.Х.) Мы увидели большую, почти пустую комнату, Недалеко от окна за столом сидел человек и что-то писал, целиком погруженный в свое занятие. Мы дошли до середины комнаты и поняли, что он нас не замечает, и остановились, чтобы не помешать ему. Цемах осторожно, одними губами, неслышно прошептал мне: "Это он".

В ту же минуту пишущий человек почувствовал наше присутствие, поднял правую руку, погладил кончики усов и продолжал писать. Некоторое время мы стояли, не зная, что делать. Наконец, Цемах решился и кашлянул. Пишущий человек быстрым движением повернулся к нам и спросил: "А вы зачем здесь?". «Мы, собственно… Известно ли товарищу… что…».. Сталин снова обратился к лежащей перед ним бумаге и сказал вроде бы добродушно: "Хорошо, хорошо, хорошо! Зачем вы сюда пришли?".


«Гадибук» («ха-Диббук») на сцене московской «Габимы».
В роли Леи – Хана Ровина; Наум (Нахум) Цемах

…"Габима", первый театр нашего народа, ставит пьесу из жизни хасидов.., - собрался с силами Цемах и начал произносить свою речь: "Хасидизм есть массовое движение народа, демократическое движение, которое было… И мы ставим об этом пьесу… То есть Вахтангов из Художественного театра Станиславского ставит, то есть он помогает нам ставить…".

Сталин вдруг с улыбкой прервал его: "К чему речи? Вы держите в руках бумагу, давайте ее сюда, посмотрим, что в ней написано".

Он взял бумагу, почитал ее, испытывающе посмотрел на нас и обмакнул ручку в чернильницу, "Быть или не быть?" – почти беззвучно прошептал Цемах. Сталин написал что-то на бумаге, вернул ее Цемаху, поглаживая пальцами кончики больших усов, и сказал: "Утвердил, утвердил. Я слышал о вашей работе, слышал!".

Цемах поклонился, сделал шаг и из вежливости и от волнения сказал: "Большое спасибо за помощь и внимание. Мы этого не забудем. Наш народ никогда не забудет этого!". Сталин вернулся к своей работе, но улыбка все еще оставалась у него на губах. Когда, наконец, мы вышли из кабинета, Цемах вздохнул свободнее и сказал: "Он наводит жуткий страх - главным образом, своими усами. Но у него есть чувство юмора. Кажется, он немного шутил? Хотя в какой-то момент мне показалось, что сейчас он велит нас арестовать. Не, слава Богу, всё закончилось хорошо". "Не только для нас все закончилось хорошо, - сказал я. – Теперь мы с полным правом можем сказать, что по приказу Ленина и за подписью Сталина мы получили благословление на постановку хасидской пьесы "Гадибук".

На бумаге, поданной Цемахом, Сталин написал: "В отмену постановления коллегии Наркомнаца от 31 июля 1920 года выражаю свое согласие на выдачу субсидии древнееврейскому театру "Габима". Народный депутат по делам национальностей И. Сталин".

Но евреи-комиссары не унимались. Более того, они "восстали" против Сталина и угрожали покинуть свои должности. "… Мы считаем абсолютно недопустимым, - писали враги "Габимы", - вмешательство в это дело товарища Сталина помимо Евсекции". Но комиссарам это не помогло: дело театра рассматривалось на заседании ЦК РКП /б/ 8 декабря 1920 года, и мнение Сталина на нем победило.

Очень иронично откликнулась на эти события еврейская газета "Ди идише штим" выходившая в Ковно (Литва): "Война достигла небес. Обе стороны атакуют высшие инстанции: каждая хочет захватить ... (нрзб - неразборчиво) ... – Ленина. И вот чудо с небес! Цемах победил. "Габима" привлекла к себе также и главу российского правительства. Ленин против Калинина и Бухарина постановил, что "Габима" получает субсидии наравне с другими театрами.

Еврейский комиссариат проигрывает борьбу, но не хочет капитулировать, он хочет сделать хорошую мину при плохой игре и поэтому посылает протест от имени еврейского пролетариата, что, мол, весь еврейский пролетариат готов подняться как один человек против Советской власти из-за того, что Ленин вместе со всем "Советом обороны" совершил преступление против еврейских пролетарских масс.

Но Ленин, который не испугался Колчака, Деникина и Юденича, также не испугался и еврейского комиссара Мережина и разрешил "Габиме" в центре Москвы, в самом центре русской пролетарской революции, играть - и даже на древнееврейском языке.


Здание «Габимы» в Тель-Авиве

И здесь начинается комедия. Руководители Евсекции, которые работают одновременно в Наркомпросе, известные т.т. Мережин, Страшун, Гринберг (один из лучших евреев среди этих людоедов), Левитан и др. объявили ультиматум: если т. Ленин не откажется от своего решения, они принуждены будут оставить свои посты.

Не знаю, как теперь обстоит дело в Москве. Ушли тт. Гринберг, Страшун и Левитан или нет, но "Габима", наверное, и теперь осталась".

Премьера пьесы "Гадибук" состоялась в Москве 31 января 1922 года. Успех был потрясающий. Когда спектакль был сыгран 1000 раз, габимовцы перестали вести счет. А 18 января 1926 года театр уехал на длительные зарубежные гастроли, из которых в Москву уже не вернулся.

… С 1956 года "Габима" – Национальный государственный театр Израиля.


*     *     *


Книга Владимира Ханелиса (Израиль)

"РОДИЛИСЬ  И  УЧИЛИСЬ  В  ОДЕССЕ"

(Материалы к энциклопедическому словарю)


Стоимость книги:
в Израиле – 89 шек.;
в Европе, США и странах СНГ – $29.90 ;
в Австралии – 34.90 ам. долл.
В цену входит пересылка.

Для заказа обращаться:
V
. Hanelis Livorno str. 11 apt 31,
Bat-Yam, Israel, 59644
Tel\fax - +972-3-551-39-65
E-mail – vhanelis@yahoo.com


| 18.10.2010 14:01