Logo
1-10 декабря 2018



Hit Counter
Ralph Lauren Sportcoats


 
Free counters!
Сегодня в мире
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18
06 Дек 18












RedTram – новостная поисковая система

Всем смертям назло
Маша
Лина Торпусман, Иерусалим

Маша Брускина и Маша Синельникова. Обе родились в Белоруссии. Обе геройски сражались с фашистами, обе мученически погибли в семнадцать лет. Обе – еврейки. И с обеими родина обошпась, как коварная мачеха...


Маша Синельникова родилась в г. Чериков Могилевской области в семье парикмахера летом 1924 года. Моя бабушка по отцу – Сара и ее бабушка были родными сестрами. Сара отправила своего мужа в Америку «как на тот свет, чтоб глаза его больше не видели» и осталась бедовать одна с шестью детьми мал-мала меньше. Иногда она посылала кого-нибудь из детей купить литр молока у сестры. Та наливала мерку, потом плескала еще чуть-чуть и возводила глаза к небу, прося у Б-га милости за свою доброту.

Как там обстоит дело с генетикой? Какие гены побеждают? Бабка лишний глоток молока жалела голодным племянникам. Внучка жизни не пожалела.


Такой была «неотретушированная» Маша Синельникова. Фото из архива учительницы сельской школы деревни Рудня Калужской области Н.Н. Жажиной. Фото прислала Ирина Климова, Москва
Маша была красивой, высокой, сильной. Первая в своем городе прыгнула с парашютной вышки. Отлично стреляла. Знала немецкий и поступила в Московский институт иностранных языков. С началом войны на фронт ушли отец и старший брат Абрам, на два года старше Маши. Отец Велвл, пулеметчик, погиб под Старой Руссой. Погиб и брат, парашютист-десантник. Маша упорно добивалась в Подольском горкоме комсомола направления в действующую армию.

В конце июля 1941 года моя тетя Хана случайно встретила ее в Москве. Маша сказала, что мама с двумя младшими детьми, шести и двух лет, собирается в эвакуацию. «А ты?» – «Я остаюсь». Тетя стала горячо убеждать ее уехать вместе с мамой и малышами, она ведь теперь единственная опора матери. И услышала твердый отказ: «Я остаюсь. Если все эвакуируемся, кто Москву оборонять будет?»

Маша добилась своего: ее направили в спецшколу радистов-разведчиков. Служила в разведке 43-й армии примерно 2,5 месяца, нанесла большой урон фашистам. В последней разведке, после которой бесследно пропала, была вместе с Надеждой Ивановной Прониной, работницей Подольского машиностроительного завода.

В 1966 году дальний родственник Маши Николай Маркович Синельников добился невероятного: фото Маши и Нади в течение 30 секунд было показано по телевидению. И откликнулись женщины из калужской глубинки – в их деревне Корчажкино в январе 1942 года казнили этих девушек...

Из воспоминаний генерал-майора Масленникова Ф.Ф., бывшего начальника штаба 43-й армии: «В самый тяжелый период боев под Москвой по заданию Военного совета 43-й армии в октябре 1941-го – январе 1942-го Мария Синельникова неоднократно переходила линию фронта, собирая в тылу противника ценные разведданные»... Подчеркнем – неоднократно, значит, минимум два-три раза. После выполнения очередного задания ей, вероятно, давали день-другой отдыха. Она проводила его в своей коммунальной квартире, приводя в порядок довоенную одежду. Позднее соседи, каясь, что осуждали Машу за странность поведения («кофточки подшивает, воротнички, а то и вовсе губы накрасила»), рассказали о том ее тете Миле Львовне Милькиной.

Из книги летчика-бомбардировщика Героя Советского Союза Константина Фомича Михаленко:

«Поставили нам задачу: уничтожить крупный штаб немецкого войскового соединения в деревушке под Медынью. Были указаны даже дома, занятые штабными офицерами и службами. До этого подобных заданий нам получать не приходилось. Вылет был совершен. Указанные дома уничтожены – взорваны бомбами или подожжены. Вскоре пришло сообщение из штаба 43-й об успешном выполнении задания с перечислением количества убитых солдат, офицеров и даже двух генералов. Это сообщение вызвало у нас удивление: как могло командование армии так быстро установить результаты бомбового налета?..

П.Ш.Шиошвили, бывший начальник разведки 43-й армии, сообщил, что с октября 1941 года по январь 1942 года Маша Синельникова находилась в тылу врага по направлению Малоярославец-Тарутино-Медынь-Калуга. Она своими точными сведениями помогала нашей авиации и артиллерии наносить безошибочные удары по войскам противника. Он вспомнил, как по ее данным авиация разбомбила штаб соединения фашистских войск в районе города Медынь. Вот, оказывается, кто сообщал в штаб 43-й армии такие точные сведения». (Михаленко К.Ф. Служу небу. Минск, 1973 г., стр. 25-26).

Летчики удивлены двумя обстоятельствами: необыкновенно точным указанием цели («были указаны даже дома») и быстротой сообщения о результатах бомбометания. Ходила, собирала и передавала разведданные по рации, снова возвращалась на место атаки и подсчитывала потери врага красивая девушка с белым шарфом поверх шубейки.

Еще из воспоминаний Шиошвили П.Ш., начальника разведотдела 43-й армии: «Маша бесстрашно работала в тылу противника, несмотря на молодость, выполняла чрезвычайные задания»...

Итак, через 25 лет после гибели была выяснена судьба разведчиц. Началась подготовка документации на представление их к званию Героя Советского Союза. И вот тогда выяснилось, что Мария Владимировна Синельникова (так в комсомольском билете) на самом деле Мира Вульфовна. Машина дала обратный ход до упора.

Генерал Шиошвили высказал предположение о предательстве Маши. Вполне вероятно, заявил он, она работает на радиостанции Израиля или США. Имя Маши было стерто с памятника братской могилы воинов в г. Полотняный Завод, где она перезахоронена. Хотели стереть имя и с памятной доски в Московском институте иностранных языков, но воспротивился, кажется, парторг института, потребовавший письменного указания ЦК партии.

Осенью 1973 года, ничего не зная о позорной возне, развернувшейся вокруг Маши, я пошла в институт посмотреть на ее бюст, изваянный скульптором Заиром Азгуром (народный художник Белоруссии, двоюродный дядя Маши Брускиной) и подаренный им институту. Директором института была в то время полковник КГБ Бородулина. Когда госпожа полковник шла по коридору вверенного ей учреждения, сотрудники, заметив ее издали, старались шмыгнуть в ближайшую дверь. Вахтерам она дала фото нескольких лиц еврейской национальности с приказом в институт их не впускать.

«Не ходи в институт, – глядя на меня прекрасными глазами газели, говорила Танечка Земцова, – в твоем положении не стоит нарываться на неприятность». (Через некоторое время я уходила в декретный отпуск). Танечка говорила довольно прямо, но я не понимала. Ничего страшного со мной не произошло, осталось лишь ощущение тошноты от какой-то огромной, неясной, липкой лжи.

Ах, скульптура Маши?.. А вы кто?.. Значит, дальняя родственница... А бюст сейчас в другом кабинете... В парткоме... Нет, пройти нельзя, там ремонт... Как вас зовут? Можно узнать ваш телефон?.. Чтобы известить вас по окончании ремонта...

Разговор шел в комитете комсомола в присутствии нескольких молодых людей с полуулыбками. Беседу вел со мной один, поразительно похожий на гестаповца из кинофильма «Семнадцать мгновений весны», что любезно принимал проф. Плейшнера на конспиративной квартире. И только через семь лет, зимой 1980 года, от Машиной тети Мили Милькиной я узнала подробности дела «о предательстве».

Николай Маркович Синельников подал на генерала Шиошвили в суд за клевету. Суд вынес поразительное решение: никто не виноват. Ни генерал, ни погибшая разведчица, так как «нет порочащих данных». С этим решением суда Миля Львовна поехала в Калужский обком партии.

Миля Львовна, высокая, властная женщина с мощным голосом, старый член партии, была председателем совета ветеранов 60-й больницы для персональных пенсионеров. Когда главврач больницы и вся администрация были бессильны выписать уже подлеченного упиравшегося ветерана, решившего еще месяц-другой побыть на хороших дармовых харчах и сэкономить денежки, применяли последнее средство: призывали Милю Львовну. После ее разговора с упрямцем пациент из больницы уходил.

Миля Львовна отправилась «со скандалом» в Калугу, и имя Маши было восстановлено на памятнике братской могилы павших воинов. «У меня племянники – герои», – басила Миля. Другого ее племянника, 15-летнего Исаака, немцы повесили. Он был в партизанах в Белоруссии, что-то взорвал, бежал, был выдан и казнен.

В мае 1980 года мы с Леонидом Вопняром поехали в Калужскую область записывать свидетелей. То, что записи калужских колхозниц существуют, – заслуга Ленечки. Изнемогая от поездки по жуткой дороге в провонявшей бензином гремучей железной коробке, именовавшейся автобусом, я выскакивала километра за два до нужной нам остановки. И Ленечка безропотно тащил на себе пудовую аппаратуру еще лишних два километра.

... Елизавета Ивановна Глухова вспоминала, как в январе 1942 года она увидала на санях двух мертвых девушек. И особенно ей запомнилась девушка с косами. «Такая красивая, большая, и косы, как венок вкруг головы. И... улыбалась она. Улыбка... необыкновенная».


Мемориальная доска на месте казни Маши Синельниковой и Нади Прониной. Фото из архива учительницы сельской школы деревни Рудня Калужской области Н.Н. Жажиной
Разведчиц схватили 17 января, дико пытали вечер и ночь, расстреляли утром 18-го, а на следующий день, 19 января, в Корчажкино вошли войска Красной Армии. Глухова очень сетовала, что умерла Наталья Павлова, в доме которой вечером 17-го шел первый допрос. «Наталья б вам все карты разложила. Она ведь в щелочку все видела. Мы, бывало, как соберемся, Наташа все говорила: никогда не забуду, как били ту девушку с косами. Немец ее и пряжкой, и испятками (каблуками сапог), а она упадет, да как вскочит и все ему по-немецки что-то говорит, по-немецки... Да что она, немка, что ли?.. А другая девушка сидит в уголку и плачет...».

К моменту нашего приезда прошло 14 лет, как судьба разведчиц была установлена. Елизавета Ивановна уже знала, что Надя – русская, а Маша – еврейка, но жалея обеих и отдавая обеим должное, Машу выделяла. Против истины не пошла и слова покойной Натальи не исказила. В деревне шел слух, что девушек взяли в стогу сена, где они прятались. И при них была обнаружена неопровержимая улика – рация.

Мельниковых было трое – Матрена Даниловна и две ее дочери, Екатерина и Зинаида Кузьминичны. В тот закуток, где ютилась семья Мельниковых, изгнанная фашистами из дома, и впихнули разведчиц сразу после захвата. И опять говорили о красоте Маши и как разведчицы отдали голодным детям все галеты. «Строго себя вели, ничего нам не рассказывали. Нельзя. А у Маши рука была белым шарфиком повязана. Я и спросила: «Милая, да что у тебя с ручкой-то?». Она сказала: «Пришлось нам много ползти, вот и отморозила».

От Мельниковых разведчиц повели на допрос в дом Натальи Павловой, а оттуда потащили на ночь в штаб к офицерам. Штаб находился близко от дома Мельниковых, и страшные крики истязуемых преследовали их всю ночь.

Утром разведчиц повели на расстрел, и истерзанная Маша, сопротивляясь до последнего, улыбалась в лицо врагу. Может быть, оттого и улыбалась Маша в последние секунды жизни, что слышала гул приближающейся канонады. Так и остались лежать мертвые девушки у стога сена, за околицей деревни.

«А назавтра наши пришли. Федосья, бригадир, запрягла лошадь в сани да на санях их и привезла. Они каляные (закоченевшие) были. Всей деревней мы их хоронили... У школы, на взгорке. Могилу пришлось широкую рыть. Посреди бойца положили, а девушек – по краям. Господи, да чьи ж это девчата такие? Никто не знал».

Когда узнали, чьи девчата, то из-за позорной истории с Машей Надю тоже ничем не наградили. Правда, имя ее с памятника не стирали и в предательстве не обвиняли.

Прежде чем записывать показания свидетелей на кассету, я рассказывала им о клевете Шиошвили, о суде и о его решении. Просила сдерживаться во время рассказа, не поносить начальство. Они говорили волнуясь, вспоминали, преодолевая рыдания, а то и плача. Мельниковы очень сожалели, что их не было на том суде с Шиошвили. Они б ему сказали... Зинаида Мельникова все-таки не сдержалась и в сердцах сказала во время записи: «И всё еще канителятся там, всё канителятся...». Там - то есть наверху...

Наши девочки, наши героини, Маша Брускина и Маша Синельникова, доживи они до нынешних времен, были бы красивыми пожилыми дамами. Но остались навечно семнадцатилетними. Наши девочки. Наша гордость, боль и слава.

_________________

Статья Лины Торпусман «Наши девочки» - о подвиге хорошо известной сегодня Маши Брускиной и поныне малоизвестной Маши Синельниковой была опубликована в августе 1999 года в «Еврейском камертоне» под редакцией Л. Школьника. Нынешняя публикация – часть той статьи.
Количество обращений к статье - 3306
Вернуться на главную    Распечатать
Комментарии (10)
Жажина Наталья Николаеван | 04.03.2016 09:31
Уважаемая Лина!Спасибо Вам за ответ. д.Корчажкино есть. Только она изменилась. Там живут дачники.Мы часто бываем там. Я с удовольствием вышлю Вам фото, мне нужен ваш адрес.Доброго Вам здоровья.
Лина Мееровна | 16.02.2016 23:12
Уважаемая Наталья Николаевна!
Извините за задержку с ответом. Причин - ворох. Отвечаю на Ваши вопросы. Мама Маши, Слава Львовна, с двумя младшими детьми эвакуировалась из Москвы. Двухлетнюю Беллу, 1939 г. р., она оставила при себе. А сына Борю, 1936 г. р., отдала в детский дом. Прокормить двоих детей она не могла. Белла стала врачом, работала в Москве. Она умерла несколько лет назад. Брат Борис работал в Москве журналистом, совсем недавно он с женой уехал в Америку.
Замечательно, что есть памятная доска на здании школы, где учились Маша и Надя. А нельзя ли снимок доски прислать в "МЗ"?
Свидетели, которых мы записали в 1980 г., кажется, говорили, что деревни Корчажкино более не существует. Елизавета Ивановна жила в Полотняном Заводе, Мельниковы - в Кондрово.
Удивительно, что Вы, Наталья Николаевна, читаете "Мы здесь", который выпускается в Иерусалиме. Я Интернетом не владею.
Будьте здоровы.
Жажина Наталья Николаеванf | 31.01.2016 17:58
Лина, хочется с Вами пообщаться. Узнать, кто из родственников Маши жив. С родственниками Нади Прониной мы наладили связь. К 70-летию в Подольске на школе открыли памятную доску. В Корчажкино открыли новую мраморную доску с фотографиями.Люди помнят девочек и склоняют головы перед ними.Отзовитесь.
Жажина Наталья Николаевна | 31.01.2016 17:50
Уважаемая Лина! Очень хочется с Вами пообщаться, узнать, живы ли родственники Маши. Ведь, кроме погибшего брата, у М.Синельниковой были младшие братья или сестры.С родными Нади Прониной мы познакомились.К 70-летию Победы в Подольске на школе, где учились девочки, открыли памятную доску. В деревне Корчажкино мы установили новую мраморную доску с фото девочками. Провели митинг. Люди помнят девочек и склоняют головы перед ними.
Гость Адела Р.,Реховот | 26.02.2013 00:17
Ваша честная, основанная на серьезных изысканиях статья, потрясла меня. Спасибо , Лина, за Ваш труд, направленный на то, чтобы мы помнили и чтили благословенные имена героев и героинь нашего народа.
Гость Акива | 16.12.2012 09:28
Лина, очередной раз убеждаюсь, что могу гордиться знакомством (хоть и заочным) с такой подвижницей, как Вы. Статья написана от сердца. Вы, Лина, неплохой журналист. Скромное пожертвование родителям Саши отправил. Не знаю, получили ли они, надеюсь, получили. Желаю Вам всего самого хорошего. Желаю удач в дальнейшей подвижнической деятельности.
Гость | 13.12.2012 20:57
Так что же вам рассказал двоюродный брат Маши Брускиной, профессор Давид Мельцер?
Гость Михаил Нордштейн | 13.12.2012 16:51
Потрясающий материал! Лина Торпусман проделала колоссальнейшую работу, собрав сведения о подвиге и мученической смерти Маши Синельниковой и Нади Прониной. Надо добиваться, чтобы их именами были названы улицы и в России, и в Беларуси и вообще память о них не должна ограничиваться только обелиском на месте казни.
Этот материал Лины сразу же направляю в "Еврейскую газету" (Берлин). Хотелось бы, чтобы он стал достоянием и других СМИ.
Николай И. Беларусь | 13.12.2012 14:17
Спасибо уважаемой Лине за содержательную статью.
Гость Аарон Хацкевич, NYC | 13.12.2012 02:32
Читал со слезами на глазах. Надо помнить. Все помнить. Спасибо автору.

Добавьте Ваш комментарий *:

Ваше имя: 
Текст Вашего комментария:
Введите код проверки
от спама
 
Загрузить другую картинку

* - Комментарий будет виден после проверки модератором.



© 2005-2018, NewsWe.com
Все права защищены. Полное или частичное копирование материалов запрещено,
при согласованном использовании материалов сайта необходима ссылка на NewsWe.com