Эксклюзив "МЗ"
 

Памяти Саши Летяго

Марина ДАЙНЕКО, Нью-Йорк

Этот номер "МЗ" с моими заметками выходит в пятницу, 13 июля. А через три дня, 16 июля, Саше Летяго, будь она жива, исполнилось бы 18.
Она родилась в Караганде в 89-м. На интернет-сайте, который создала и поддерживает ее мама Светлана Губарева, в Книге памяти, которую Света создает, каждому заложнику театрального центра на Дубровке посвящена страничка. Адрес Сашиной странички - http://nord-ost.org/kniga-pamyati/letyago-aleksandra.html.
"Счастье - понятие философское, и в каждой семье счастье своё. Счастьем в нашей семье была Сашенька". Так написала ее тетя Роза Ищенко.
Загляни в Книгу памяти, читатель. Посмотри на светлое личико этой девочки, навсегда оставшейся 13-летней. Девочки, которую, наверняка еще живую, так называемые спасатели бросили на железный пол медицинского УАЗика, завалив телами 12 других заложников.
Девочки, за гибель которой взрослые дяди получили ордена.
Девочки, которая никогда не станет взрослой.
Светлая ей память. Ей - и всем, кто погиб на Дубровке.
Но кто ответит за эту и многие другие прерванные жизни?
" Зная наши законы и работу нашей прокуратуры, связь прокуратуры с правительством, мы ни на что не рассчитываем. "Норд-Ост" слишком запрещенная тема, невыгодная для расследования нашим органам прокуратуры и правительства. Тем не менее, у нас приведены такие факты, что прокуратуре придется слишком много потрудиться, чтобы опровергнуть доказательства халатности штаба, который руководил операцией на Дубровке. Однако мы не снимаем личной ответственности и с президента", - заявила координатор Российской общественной организации "Норд-Ост" Татьяна Карпова.
Именно эта организация подала в Генпрокуратуру России заявление с требованием возбуждения уголовного дела против членов оперативного штаба по спасению заложников. Об этом руководители РОО заявили на пресс-конференции в среду, 11 июля. Они обвиняют директора ФСБ Николая Патрушева и его заместителя Владимира Проничева, начальника Центра специального назначения ФСБ Александра Тихонова, тогдашнего секретаря Совета безопасности Владимира Рушайло. Одновременно с заявлением в Генпрокуратуру правозащитники направили письмо аналогичного содержания Владимиру Путину.

… Трагедия "Норд-Оста" вошла в мою личную жизнь почти пять лет назад, в октябре 2002 года, когда в редакцию газеты "Форвертс", где я тогда работала, позвонила читательница и рассказала, что она хорошо знала Сэнди Букера - единственного американского гражданина, погибшего во время захвата заложников в театральном зале на Дубровке.

С того самого звонка всё для меня и началось.
Это потом уже, выступая на очередной, кажется, третьей, годовщине гибели заложников, Светлана Губарева скажет, обращаясь к ним, мертвым: "Простите нас за то, что по-прежнему не найдены и не наказаны виновные... Правосудие все еще отмалчивается, но рано или поздно каждому приходится отвечать за все, что сделал в этой жизни, перед высшим судом (его еще называют божьим) - судом, для которого нет иммунитетов, судом беспристрастным, неподкупным, неотвратимым. Однажды им придется ответить за вашу гибель, за "Норд-Ост". Простите нас за то, что не уберегли вас тогда. У нас нет возможности исправить прошлое".
А тогда за окном был февраль 2004 года. Пухлый пакет с бумагами, который пришел на мой адрес из Москвы, долго лежал нераскрытым. Светлана все никак не могла выбраться ко мне в Бруклин из своего заснеженного Нью-Джерси. И вот, наконец, конверт вскрыт, и медицинское заключение о смерти своей 13-летней дочери Александры Летяго Губарева читает, сидя у нас в гостиной на стареньком диване. Сначала читает она, а потом уже я осторожно вслед за ней перебираю эти страшные листки, сквозь слезы с трудом разбирая написанное от руки и всматриваясь в слепые печатные строчки.
Это потом уже Светлана скажет, что все заключения о причинах смерти заложников похожи друг на друга, как близнецы-братья, и лживы от начала до конца, потому что, по утверждению специально проинструктированных экспертов, причиной летального исхода явилась якобы "совокупность факторов: отсутствие воды, стресс, серьезные хронические заболевания и длительное неудобное положение. А спецсредство как источник поражения, имеет лишь опосредованную связь со смертью". (Под спецсредством, видимо, следует понимать тот самый газ, которым травили людей на Дубровке).
Сегодня июль 2007 года. Что же произошло за эти годы?
Самое главное, на мой заокеанский взгляд, вот что.
Во-первых, к делу "Норд-Оста", которое на сегодня приостановлено, присоединились другие "дела" - пострадавших в ходе терактов в Беслане, Волгодонске.
Во-вторых, в начале апреля нынешнего года Европейский суд по правам человека в Страссбурге открыл производство по жалобе пятидесяти семи потерпевших по делу "Норд-Оста" под общим названием "Чернецова и другие против России". Российскому правительству были направлен целый ряд очень неудобных вопросов, таких, например, как: сделали ли власти все возможное, чтобы разрешить проблему захвата заложников на Дубровке путем переговоров, было ли решение выхода из кризисной ситуации силовым методом (с применением газа) абсолютно неизбежным, подверглись ли заложники унижениям и нечеловеческому обращению во время плохо проведенной операции по спасению заложников и в связи с отсутствием медицинской помощи, приняты ли во внимание все обязательства государства по идентификации и наказанию виновных, ответственных за применение силовой операции, являлся ли суд независимым и объективным, учитывая финансовую поддержку московского правительства судам?
Все эти вопросы совпадают по своей сути с требованиями бывших заложников и родственников погибших, которые вот уже пять лет добиваются нормального расследования уголовного дела по "Норд-Осту".
Какие ответы получит суд в Страссбурге - покажет время.
Судя по лондонскому прецеденту, ответов из российской Генпрокуратуры - объективных - может и не быть.
Светлана Губарева живет сейчас у себя в Караганде, как она сама говорит, "отдельной от москвичей жизнью", активно занимается воплощением в жизнь идеи создания Книги памяти http://nord-ost.org/kniga-pamyati/3.html, в которой должна быть страничка, посвященная каждому из 130 погибших в трагедии на Дубровке.
" ..У меня все нормально, - пишет Света. - Много времени занимает переписка, потому как приходится уговаривать, дистанционно руководить процессом сбора информации. Убеждать в письме значительно сложнее, чем в беседе - приходится тщательно обдумывать аргументы, а я медленно думаю, поэтому письма пишутся долго и мучительно. В перерывах между письмами хожу на огород - созрела клубника, а на подходе уже и малина, и смородина, и вишня... Клубники в этом году много…".
На мой посланный по электронной почте вопрос о том, что она думает о заявлении, поданном группой нордостовцев в Генеральную прокуратуру с требованием возбудить уголовное дело против членов оперативного штаба по спасению заложников (заявлении, уже получившем с легкой руки журналистов "Граней" название "Дубровка против Лубянки"), Светлана ответила почти без промедления:
"Я понимаю, что до тех пор, пока в России царит "басманное правосудие", наши шансы минимальны, точнее, равны нулю. Я уже прошла круги ада - судебное разбирательство, поэтому представляю, каким будет результат в этот раз. Из Генеральной прокуратуры заявление переправят по инстанциям, затем будет получен отказ в удовлетворении заявленных требований. Я думаю, что прокуратура не станет особо трудиться над обоснованием отказа - будут какие-то общие слова. Затем этот отказ заявители обжалуют в судебном порядке. Угадать решение суда не составит труда - очередной отказ. Вы скажете, что я пессимистка? Нет, я хорошо информированная оптимистка, иначе не пыталась бы "ломиться в закрытую дверь". Ведь нельзя изменить мир, если ничего не делать. Для большей части людей погибли абстракные 130 человек, а для нас - любимые, единственные и неповторимые. Когда имеешь возможность ознакомиться с частью документов и понимаешь, что этих "всего 130" смертей могло не быть - молчать невозможно".
Вот мы и не молчим.
Ради памяти Саши Летяго, которой через три дня исполнилось бы 18.
Ради памяти 129 погибших вместе с нею.
Ради будущего страны, власть которой эта трагедия не научила ничему.

"В самом низу оказалась
13-летняя девочка…"

Светлана ГУБАРЕВА, специально для NEWSWE.COM

Операцию по спасению заложников можно разделить на две части. Первая - это действия спецназа. Принято считать, что эта часть операции была проведена успешно, что именно действия спецназа предотвратили взрыв здания, что примененное "спецсредство" привело к быстрому отключению сознания у террористов. Однако факты, полученные нами как из материалов дела, так и из СМИ, свидетельствуют о предвзятости этого утверждения.
Существует аудиозапись телефонного звонка 26 октября 2002 г. в 5-30 утра в момент пуска газа в зал на радиостанцию "Эхо Москвы", прослушать который (или прочесть транскрипт) можно на нашем сайте http://nord-ost.org/hronika-terakta/telefonnyiy-razgovor-s-zalozhnitsami-pered-samyim-nachalom-shturma-tts-na-dub.html . Разговор длится около 4 минут - времени больше чем достаточно для того, чтобы успеть соединить контакты. Однако никто из террористов не предпринимает такой попытки (цитата): "А. АНДРИАНОВА: Я не знаю, что это за газ, но я вижу реакцию, что эти люди не хотят смертей наших-ненаших, но, по-моему, наши силовики начали что-то делать, по-моему есть желание, чтобы мы отсюда живыми не вышли и таким образом эту ситуацию закончить…".
В своей книге "Глазами бывшей заложницы" Т. Попова пересказывает слова одной из заложниц о том, что происходило в зале в тот момент: "Мы все увидели идущий сверху белый дымок и почувствовали запах. Рядом со мной сидела женщина-террористка. Она сказала нам: "Это газовая атака. Намочите что-нибудь и дышите через эту ткань. Идите к выходу, там вас скорее заберет "скорая"". Я и мой друг пошли к выходу, по дороге успели сказать об этом другим заложникам, но с нами никто не пошел, так как боялись пройти мимо бомбы. Мы же решили, что если сейчас будут взрывать, то уже все равно, где нам находиться, и дошли до выхода. Я потеряла сознание у самой двери".
Из аналитической справки по результатам исследования протоколов допросов заложников (том 1, листы дела 95-96) http://nord-ost.org/prilozheniya-k-dokladu/prilozhenie-14.-analiticheskaya-spravka-po-rezultatam-issledovaniya-protokolov-dop.html : "...В момент штурма, когда пошел газ, Бараев стал бегать по залу и кричать, чтобы открывали окна. Несколько террористов начали стрельбу со сцены, но в какую сторону, заложники пояснить не могли, возможно по окнам. Террористки не предпринимали попыток взорвать себя. Закрыв платками лица, они ложились на пол среди заложников. В течении 10 минут все теряли сознание…".

По следам проведенной операции представители спецназа давали интервью на телеканале "Россия". Мне довелось увидеть запись этого интервью и прочитать статью, написанную о нем, недавно. Спецназовцы рассказывали о том, что бОльшая часть террористов была в сознании и оказала ожесточенное вооруженное сопротивление (http://nord-ost.org/2002/terroristyi-okazali-ozhestochennoe-vooruzhennoe-soprotivlenie-2.html) : "Буквально сразу после входа в здание спецназ "встретил огневое сопротивление из автоматов", сказал представитель управления "А".
"Огнем уничтожили одного из террористов в коридоре и, когда заходили в комнату, где за два дня до этого давали интервью Бараев и его соратники, встретили огонь из автоматов оттуда",- сказал представитель "Альфы". Ответным огнем и гранатами боевики были уничтожены.
Непосредственно в зал, где находились заложники, вход спецподразделений осуществлялся со стороны сцены и через основной вход, сообщил представитель управления "В".
По его словам, бандиты, располагавшиеся на сцене, открыли огонь по спецназовцам, но были уничтожены ответным автоматным огнем.
У входа в зал была убита террористка, пытавшаяся стрелять, а также бросить гранату в спецназовцев. "В одной руке у нее был пистолет, в другой - граната уже со снятым кольцом, но она не успела разжать руку", сраженная выстрелом, сказал представитель управления "В".
Приведенные факты свидетельствуют о том, что применение "спецсредства" в театре не соответствовало целям его использования - боевики не были обездвижены и активно сопротивлялись.

Силовиков можно разделить на две части - тех, кто принимал решения и отдавал приказы, и тех, кто эти приказы исполнял.
Специалист - бывший глава третьего управления КГБ военной контрразведки вице-адмирал Александр Жардецкий - в интервью "Интерфаксу" 24.10.2002 г. сказал, что газовую атаку нельзя применять, поскольку после нее у детей и взрослых, имеющих заболевания, "безусловно будет летальный исход". Применение "спецсредства" в условиях, не позволявших контролировать индивидуальную дозу для каждого заложника и оказать немедленную помощь пострадавшим значительно увеличивало вероятность летального финала для заложников.
Я полагаю, что принимавшие решение о применении газа (будь то руководители штаба или лично Путин В.В.) не могли не знать этого, а, следовательно, приняв такое решение, приговорили нас к смерти.
А исполнители приказов сначала провели боевую операцию, а потом в полной выкладке выносили заложников из театра, потому что больше в тот момент это было делать некому. Один из них вынес и мою дочь…

Саша Летяго на руках спецназовца (кадр кинохроники)

Фактов, свидетельствующих о халатности в организации оказания медицинской помощи, более чем достаточно. Многим знакомы кадры хроники, на которых виден процесс - людей выносят из театра, складывают в кучу на ступеньках, грузят в автобусы, не обеспеченные в достаточном количестве ни медработниками, ни медицинскими препаратами.
О том, как спасали Сашу, я узнала недавно. При подборке материалов для сайта я нашла давнюю статью с описанием подробным описанием (http://nord-ost.org/vospominaniya/rasskazyivaet-zhurnalist-ochevidets-sobyitiy.html ):
"…Никто и внимания не обратил на обычный цвета хаки УАЗик - коробочку, которая около 9 утра подъехала к дверям отделения. Те, кто это УАЗик привел, не знали, что сбоку имеется всегда открытый вход для персонала, поэтому долго ломились в закрытые приемные двери.

Им, наконец, открыли, а они, в свою очередь, открыли дверцы своей машины. Волосы у сотрудников отделения встали дыбом. В 12-местном УАЗике друг на друге были заштабелёваны - иначе не скажешь - 30 (ТРИДЦАТЬ) пострадавших. Без движения. Без огнестрельных ран. Те, кто был в кабине, ничего не сказали о характере повреждений.
Первой задачей реаниматологов стало попросту разгрузить машину. К счастью, время оказалось удачным. В 9 часов - пересменка, сотрудников в реанимации в два раза больше. К работе привлекли и как-то затесавшегося корреспондента, который сначала пытался работать по специальности, но получив в глаз от заведующего, стал помогать.
Сразу же выяснилось, что несколько человек погибло уже в машине. Не от газа. Оттого, что их задавили телами. В самом низу оказалась 13-летняя девочка. Эпикриз - раздавлена…"
Ссылаясь на эту статью, я подала ходатайство в прокуратуру с требованием провести расследование и установить подробности случившегося, но получила отказ в удовлетворении этого законного желания. При этом следователь, не ознакомив меня с какими-либо материалами, дающими ответ на мои вопросы, не преминул взять с меня подписку о неразглашении материалов следствия. Я расцениваю это как попытку заставить меня замолчать.

Вернуться на главную страницу


Кем придуман проект "Пелевина"?

Вера ХОЛОДНАЯ, Лос-Анджелес

Обсуждая с разными людьми передачу "Перекресток", что прозвучала в эфире телеканала RTVi в минувшее воскресенье, я часто натыкалась на один и тот же вопрос: "А что там эта Наталья Пелевина говорила о резкой перемене своих взглядов? В связи с чем? Как-то вскользь это промелькнуло в ее ответе Гольдфарбу - безо всяких пояснений. И кто она вообще такая и откуда взялась?"
Думаю, такого рода вопросы возникли не только у моих знакомых, но и у многих, кто смотрел передачу и кто вообще следит за событиями в России, Америке, Англии. В данном случае - речь о событиях, связанных с убийством Александра Литвиненко.
Итак, кто же такая Наталья Пелевина? Виктор Топаллер, ведущий программы, представил ее телезрителям, как автора и продюсера пьесы "В твоих руках", основанной на реальных событиях, происшедших во время захвата заложников в Москве, в театральном центре на Дубровке во время спектакля "Норд-Ост".
У меня в руках афиша и программка спектакля " В твоих руках", премьера которого состоялась в Лондоне в сентябре прошлого года. На обложке - размытый силуэт женщины-шахидки, лицо - закрыто, видны только глаза, а правая рука, в которой зажат пистолет, поднята вверх. Там же пояснение, что это фрагмент картины "Без названия (Террорист)" художника Джона Кина.
Сведения об авторе, указанные в программке, укладываются в несколько строк:

Наталья Пелевина родилась в Москве и переехала с родителями в Лондон, когда ей было 11 лет. Является внучкой Степана Пелевина - русского капиталиста, покинувшего Советскую Россию в 20-х годах прошлого столетия и эмигрировавшего в Америку, и правнучкой польского антикоммуниста Понятовского, погибшего во время восстания в 1932 году. По окончании школы Пелевина занималась изучением истории искусств, а затем, подписав контракт, переехала в Лос-Анджелес. В 2004 году основала продюсерскую компанию.

Так сложилось, что с Натальей мы встретились и более подробно побеседовали за пару дней до вышеназванной телепередачи. Результат нашего разговора - перед вами. И я, пожалуй (в отличие от редакции "МЗ"), не стану его комментировать, предоставив вам самим возможность делать выводы.
- Наташа, расскажи, как складывалась твоя жизнь после премьеры пьесы в Лондоне?
- Анекдот про Илью Муромца помнишь? Когда ему сообщили, что прилетает Змей Горыныч, он тут же потребовал меч и коня. А на вопрос: "Родимый, спасать нас пойдешь?" ответил: "Да нет, сматываться надо"... Те мысли, которые меня одолевали осенью прошлого года, были приблизительно аналогичными ответу Ильи Муромца. Спектакль шел с сентября, а 7 октября мне позвонила Татьяна Карпова, сопредседатель организации "Норд-Ост", и сообщила о том, что час тому назад была убита Анна Политковская. Я хорошо знала Аню, поэтому Карпова мне и позвонила.
В тот вечер я пришла в театр, рассказала актерам о трагедии. Было принято решение, что этот спектакль мы посвящаем ей. Мы повесили в театре портрет Ани и небольшую информацию о том, что Анна Политковская находилась в помещении театра на Дубровке во время захвата заложников и пыталась вести с террористами переговоры. Те британские журналисты, которые брали у меня раньше интервью о спектакле, стали просить меня прокомментировать и убийство Ани. Вот с этого времени я и перешла в новую для себя категорию политического комментатора по России.
- А как ты комментировала тогда гибель Политковской?
- Стиль убийства ясно говорил о том, что это - экзекуция, поэтому для меня сразу было ясно, что бытовые мотивы исключены. Кто бы за этим ни стоял, убийство, по-моему, связано с вопросом "власти" - либо желанием выслужиться, получить доступ к какой-то кормушке, либо использовать ее смерть в своих политических целях. Потом, уже, остыв и придя в себя от первого шока, я пришла к выводу, что Путину это убийство было не нужно. Потому что, заявив, что Анну "знали и читали немногие, и она не угрожала общественному мнению", Путин был, по-моему, прав. Ну, не любит русский народ в своей массе читать сегодня про Чечню и про то, что там происходит, он от этого отмахивается. Те, кто читали Аню, - те немногие - не могут повлиять на рейтинг Путина.

Комментарий "МЗ":
Однажды во время полета в Беслан Аню пытались отравить - как она подозревала, это сделали люди, работавшие на российские спецслужбы. В другой раз трое суток ее продержали в яме в Чечне: она точно знала, что это были люди ФСБ. Но Анна Политковская - наиболее известный в России специалист по журналистским расследованиям и самый бесстрашный представитель слабеющего медийного сообщества в страны - не сломалась под этим давлением.

Самый острый момент в карьере Анны был именно после трагедии "Норд-Оста", когда она получила шокирующие результаты тщательного расследования. Это было то, что реально и страшно компрометировало и президента России, и ФСБ. И при этом Политковскую никто не тронул. Кстати, версия о том, что ее убийство было связано с имеющимися тогда у нее некими материалами, не подтвердилась. Об этом писала и "Новая газета". Ну, а тогда на Западе все стали кричать о том, что это убийство заказал Путин, в том числе и Александр Литвиненко заявил это, выступая в журналистском клубе "Фронтлайн" за несколько дней до его отравления.
- Ты была знакома с Литвиненко?
- Да, я встречалась и общалась с ним в Лондоне периодически на разных мероприятиях, связанных с чеченским вопросом и Россией в целом. Его, как и меня, приглашал Ахмед Закаев.
- О Закаеве давай поговорим чуть позже, а вот Литвиненко - что он был за личность?
- С первого момента он произвел на меня впечатление не очень стабильного человека. Мы познакомились с ним на презентации книги Ани Политковской Putin's Russia.

Комментарий "МЗ"
Образ главного героя этой книги - президента В. Путина - рисуется на ее страницах самой черной краской. В своем - уже легендарном - грубоватом стиле Политковская в пух и прах разносит своего персонажа, которого она называет гэбэшником, и предостерегает, что тот ведет страну в прошлое, к диктатуре советского образца. Политковская в этой книге делает то, на что осмеливается мало кто из других российских обозревателей: она переходит невидимую грань, издевательски сравнивая г-на Путина то с советским лидером Иосифом Сталиным, то - с жалким гоголевским персонажем, то называя его обычным шпионом, выскочкой, которого ни в коем случае нельзя было возносить на головокружительные вершины кремлевской власти. Она говорит о нынешнем положении в России в безысходно мрачных тонах, беспощадно критикует тех на Западе, кого, по ее словам, это положение устраивает, и утверждает, что надежды на лучшее нет или почти нет.

В течение всего вечера Литвиненко все время ходил за мной и нашептывал мне на ухо...
- Что нашёптывал?
- Сегодня я даже плохо помню, что - три года назад это было - кажется, он рассказывал мне, как бежал из России. Я не очень обращала на него внимание, так-как не он был предметом моего внимания. Я тогда активно обсуждала с Аней свою пьесу. Мне важно было ее мнение и одобрение. Она для меня всегда была большим авторитетом - особенно в этой теме.
- А позже ты встречалась с Литвиненко?
- Потом мы встречались с ним неоднократно, но мимолетно. Последний раз я его видела на поминках Ани за две недели до его отравления. Запомнилась его фраза, сказанная опять же полушепотом: "Кто следующий?". Поминки Ани, насколько я знаю, были устроены Березовским и Ванессой Редгрэйв. В Вестминстерском аббатстве прошла служба, а поминальные речи уже произносились в Палате лордов в парламенте. Именно тогда Березовский сказал, что мы должны обьединиться и силой сместить эту страшную власть в России.
- А после смерти Литвиненко ты снова выступала в качестве комментатора?
- Да, тогда лондонская "Таймс" обратилась ко мне за комментариями. Но мои рассуждения о том, почему Литвиненко не мог погибнуть от рук ФСБ или почему, на мой взгляд, эта "показательная" смерть была абсолютно не нужна Путину, их не устроили. Но и сегодня я считаю, что из всех тех, кому это в той или иной степени могло быть выгодно, - это по-настоящему нужно было Березовскому. На все 150 процентов. Больше никому. Потому что его ненависть к Путину настолько велика, потому что это человек без малейшего представления о морали, потому что его время истекает - время для настоящего реванша. Ведь Путин в марте следующего года уйдет, и тогда не будет смысла его дискредитировать или свергать.
- А не страшно тебе сегодня выглядеть таким активным апологетом российской власти?
- Я просто пытаюсь смотреть на вещи трезво, не впадая в истерику. Путину не нужна репутация Лукашенко, он хочет быть "вхож" в западные дома, университеты, он не хочет быть изгоем. Ему не надо, чтобы его боялись, - с Россией и так считаются в мире. Насчет "страшно" или "не страшно"? Конечно, страшно, разве ты не видишь, какой у меня прикид - бронежилет и бумажный мешочек, в который я нервно выдыхаю. Антидепрессанты вот в пакетике имеются тоже, принимаю регулярно... Шучу, конечно. На самом деле, кому я нужна? Все вышеупомянутые уже сами сказали всё, что могли или хотели. Наговорили столько, что все уже устали разбираться кто чего наврал.
- Как ты познакомилась с Ахмедом Закаевым?
- Меня познакомили с Закаевым через конторку Бориса Абрамовича, когда я работала над пьесой. Ведь ему - Ахмеду - инкриминировали подготовку теракта на Дубровке. Закаев для Запада - символ чеченского сопротивления. Многие его уважают, хотя они с Березовским и стоят "плечом к плечу". Борис Абрамович любит это подчеркивать: "Я и Ахмед". А мне кажется, что Ахмеду это не нравится, поскольку он считает себя представителем маленькой нации, борющейся с большим "братом"-оккупантом. Это вызывает у Запада симпатию, а Березовский Закаева компрометирует своей "дружбой".
- Закаев был на спектакле в Лондоне?
- Я знаю, что был, знаю, что пьеса ему понравилась. Незадолго до смерти Литвиненко он мне позвонил и спрашивал о дальнейших планах, что с пьесой буду делать дальше? Он считает, что дальнейший показ этой пьесы - в его интересах. При этом ситуация несколько абсурдная. Пьеса моя - о жертвах террора. Я не оправдываю и не поддерживаю чеченское сопротивление, считаю, что Чечня не может существовать независимо. Но Закаев и такие, как он, видят смысл пьесы иначе. Они хотят видеть в пьесе иную подоплеку. Им кажется и, наверное, хочется, чтобы я выступала за независимость Чечни. Это страшно - чеченцы ощущают себя настолько изгоями, что любой немусульманин, который пытается их понять с человеческой точки зрения, становится их братом. И меня это пугает. Я понимаю, что они будут продолжать теракты - в полной уверенности, что белые люди их не понимают. И ситуация одинакова и в Англии, и в Германии.
- В финале твоей пьесы, когда в театральный зал начинает поступать газ, террористка прикрывает лицо сидящей рядом с ней заложницы, пытаясь её спасти, и спецназовец убивает их обеих. То-есть ты явно противопоставила спецназу заложников и чеченцев.
- Нет, не так. Я противопоставляю и заложников, и террористов, и спецназ государственной машине, которая их всех перемалывает. Среди чеченок были девочки, которые вообще не понимали, куда их привезли и что происходит. Это я знаю со слов заложников, как результат моего трехлетнего исследования темы. Про заложников и террористов - понятно. Со спецназом сложнее - в российской прессе писали, что вот, мол, я показала, что спецназ всех расстреливал. На самом деле, у меня спецназ показан в качестве спасателей, они не застрелили никого, кроме чеченок, а эту одну заложницу застрелили (по пьесе) случайно. Я знаю, что израильский спецназ писал письма в Россию в органы (? - "МЗ") о том, что они положительно оценивают техническое осуществление операции по освобождению заложников. Мне было очень обидно, когда меня обвиняли в том, что я наезжаю на спецназ.

Афиша спектакля

Сцена из спектакля "В твоих руках"

- А кстати, действительно, что с пьесой будет дальше? В Москве не сложилось, а как у нас в Америке?
- Да, в Москве ни один театр не откликнулся, хотя вначале все проявляли интерес, но потом говорили, что у нас "это" ставить нельзя. А в Нью-Йорке пьесой заинтересовался один "офф Бродвей" театр. Я не называю имен, потому что не имею права делать этого до подписания контракта. Кроме того, мы обсуждаем кинопроект в Лос-Анджелесе. Подробнее тоже пока не могу и не хочу говорить.
- Так получилось, что наш разговор мы начали с Анны Политковской. В Нью-Йорке есть группа людей, которые выступили с инициативой назвать одну из улиц ее именем. Как ты относишься к этому?
- Я считаю, что поскольку речь идет об Америке, как многонациональной стране и стране, уважающей тех, кто способен на поступок, на борьбу за демократические ценности и за свободу других людей, - это вполне логичный шаг.
- Ты подчеркнула, что речь идет об Америке, а в России, ты считаешь, такие поступки не оцениваются? Путин, например, заявил недавно, что ему американская демократия не по нраву.
- В России демократия управляемая. А это совсем разные вещи.

* * *
На прощанье Наталья Пелевина подарила мне журнал Islam Magazine за апрель-май 2007 года, в котором опубликовано интервью с автором пьесы "В твоих руках". Среди многочисленных вопросов, в основном, касающихся чеченской тематики, был и такой: считает ли Пелевина, что угрозы, которые она получала как во время работы над пьесой, так и после премьеры спектакля в Лондоне, исходят от российского правительства?
Н. Пелевина: "Я знала, что у меня будет много врагов. Это неудивительно. Однако стоит ли за всем этим российское правительство, я не знаю, а делать беспочвенные заявления по этому поводу не хочу".
Друзья рассказали мне, что такого рода издания, как Islam Magazine, очень тщательно проверяют тех, о ком рассказывают на своих страницах, а людей, не лояльных исламу, на свои страницы попросту не допускают.
Может быть, потому и пригласил Пелевину в столицу Чечни Кадыров-младший?

Комментарий "МЗ":
В "колоде" лондонских знакомых Пелевиной - тот же БАБ, покойный Саша Литвиненко, Ахмед Закаев. В Америке этот круг пополнился главой Фонда гражданских свобод, представителем БАБа Алексом Гольдфарбом, журналистом-международником Владимиром Козловским, рядом других известных людей.
И, если только посмотреть на названные выше (и неназванные в интервью) фамилии, возникает естественный, как песня монгола, вопрос: зачем искала и ищет знакомств с этими людьми драматург Пелевина?
И последний вопрос: чей же это проект под названием "Пелевина" - российских или британских спецслужб, противников или сторонников путинского режима или самой Натальи, которая с переменным успехом ищет нужных спецслужбам людей и, конечно, себя в этом крутом и ежедневно меняющемся мире?


Егор Гайдар как Уитни Хьюстон

Владимир КОЗЛОВСКИЙ, Нью-Йорк

Егор Гайдар прозрачно намекнул, что Александра Литвиненко отравил Алик Гольдфарб.
Я не имею чести быть знакомым с Гайдаром, но в прошлом многие люди, к мнению которых я прислушиваюсь, говорили мне, что считают его положительным героем. Считал поэтому и я, пока не прочел интервью, которое он дал Евгении Альбац на "Эхе Москвы".
Гайдар не верит, что Литвиненко сыпанул полония Андрей Луговой, на которого грешит "Скотленд-Ярд", потому что Луговой был гайдаровским охранником, и Гайдар не может себе представить, что этот человек способен на такое злодейство.
"Знаете, я Андрея знаю, - сказал бывший российский премьер, который любит вставлять "знаете", - он у меня был охранником, когда я работал в правительстве. У него есть свои преимущества, свои недостатки, но, знаете, человек, который с вами много часов проводит, вы его неизбежно знаете. Представить себе Андрея, который везет с собой двоих детей и жену с тем, чтобы травиться полонием, - я не могу. У меня не получается".
Но Гайдар может представить себе, что на это способен Александр Гольдфарб, поскольку Гольдфарб должен разбираться в полонии, ибо он "специалист по ядерной химии".
Вообще-то Гольдфарб по профессии микробиолог, а не ядерный химик. С другой стороны, Гайдара могло ввести в заблуждение то, что после биофака МГУ Гольдфарб работал в Курчатовском институте (и приносил оттуда спирт для "несмеяновки": так назывался в честь академика Несмеянова напиток из спирта с клюквой).
Альбац заметила Гайдару, что британская прокуратура представила МВД запрос на экстрадицию Лугового из четырех десятков страниц, и спросила: "У вас есть основания не доверять Королевской прокуратуре Великобритании?".
Гайдар в ответ заявил, что, как поведали ему "очень информированные люди, которые абсолютно интегрированы туда", британские "органы правоохранные находятся под сильнейшим давлением" "административно-политической элиты" ( и, надо понимать, состряпали под этим нажимом дело против его бывшего охранника).
"Вы действительно верите, что "Форин офис" мог надавить на Королевскую прокуратуру Великобритании?" - спросила Альбац.
"При чем тут "Форин офис"? - сказал Гайдар. - Это то, что называется "Совет старейшин", это лидеры британской бюрократии...".
В общем, совет британских мудрецов, который, очевидно, надавил на прокуратуру, чтобы она привлекла не Березовского с Гольдфарбом, а верного Лугового, честного телохранителя и хорошего семьянина.
У меня никогда не было охраны и все мои знания на этот счет почерпнуты из кинофильма "Телохранитель", в котором Кевин Костнер охраняет певицу Уитни Хьюстон. Поэтому я решил, что у объекта, наверное, со временем действительно устанавливаются со своим охранником какие-то особые отношения. У Хьюстон с Костнером. У Гайдара - с Луговым.
Альбац поинтересовалась, не ставит ли Гайдар под сомнение независимость британской судебной системы. "Ну, что вы, - запротестовал Егор Тимурович. - Естественно, она независимая, честная. Но если вы думаете, что она не интегрирована со всей другой административной элитой, что прокуратура не общается с министерством финансов...".
Наверняка общается. Когда расследует грешки его сотрудников.
Я с трудом понимаю мотивы теперешних россиян и поэтому осведомился у одного из них, что могло подвигнуть Гайдара на этот бред. Мой консультант объяснил, что, по его сведениям, бывшему премьеру прижали то место, которое американцы называют эвфемизмом "семейные драгоценности", то-есть припугнули судом за хищения или пригрозили наехать на дочку Машу, и Гайдар теперь говорит то, что ему приказано.
Гольдфарб, который всегда был легким человеком, предпочитает более благожелательное объяснение. Он написал сейчас в "Гранях", что "Егор Тимурович, безусловно, искренне верит в свою" версию произошедшего, "потому что у него в голове не укладывается, что его президент на такое способен. Если бы это было так, то впору было бы идти топиться. Березовский - другое дело, злодейство - его амплуа, он "безжалостный, а мораль для него просто не существует" (так, кто не знает, выразился Гайдар в письме к Соросу).
Гайдар, как я погляжу, искренне верит во многие несуразные версии. Он демонстрирует апломб в вопросах, в которых явно не смыслит. В том же интервью он, например, упоминает страшные американские ракеты "Прайм-Геркулес", но таких у США не было. Я не эксперт по ракетам и поэтому поискал эту в интернете, но не нашел. У США действительно были когда-то противоракеты "Геркулес", но последнюю сняли с вооружения в 1983 году.
Поддерживая возражения Путина против американских противоракет в Польше, Гайдар уверенно утверждает, что они "имеют двойное полетное задание", то-есть могут бить и по ракетам противника, и по его наземным целям.
Иными словами, они-де заявлены Бушем, как средство борбы с иранскими ракетами, но на самом деле в случае чего способны разбомбить и Саратов.
Это бред сивой кобылы. У этих американских противоракет в носу сидит не атомная бомба и даже не обычный фугас, а болванка. Идея в том, чтобы всадить ее во вражескую ракету и уничтожить ее кинетической энергией. Все это легко найти в Google.
Саратов болванкой не проймешь.
Если только она не размером с Тунгусский метеорит.
В интервью Гайдара еще много всякого верхоглядского вздора, но хорошенького понемножку. Это первое его интервью, которое попалось мне на глаза. После этого мне будет трудно воспринимать его всерьез. Ах.

Вернуться на главную страницу


Елена Боннэр:

«Жаль Америку...»

Речь на приеме по случаю открытия Мемориала жертвам коммунизма в Вашингтоне 12 июня 2007 года

Добрый вечер. Сегодня он действительно добрый. Открыт Мемориал жертвам коммунизма во всем мире. Я испытываю глубочайшую благодарность вашей стране, которая таким образом выразила свою скорбь по погибшим и неприятие тирании. Я благодарна американскому народу за его чувство сопричастности к общечеловеческой трагедии и тем людям, которые двенадцать лет трудились, чтобы воплотить идею этого мемориала.

Но мне горько и стыдно, что такого мемориала нет в моей стране, что Россия всё еще не готова к покаянию.

Принято считать, что жертвами коммунизма в мире стали 100 миллионов человек: 60 млн. - в Китае, 20 млн. - в СССР и столько же - в других странах. Такова статистика. Но сколько младенцев не родилось? Сколько матерей, жен, детей умерли от отчаяния, безнадежности, нищеты?

Есть мистическая логика цифр. Семьдесят лет в СССР с разной степенью интенсивности продолжался террор. Мемориал открыт в семидесятую годовщину ставшего нарицательным 1937 года. Ровно семьдесят лет назад, в ночь с 11 на 12 июня 1937 года, сталинские палачи расстреляли верхушку Красной Армии, цвет советского офицерства. Сколько советских солдат остались бы в живых, если бы не эта расстрельная ночь?

Реально время Большого террора - это примерно 700 дней, с осени 1936-го до осени 1938-го. Тогда было арестовано 1 миллион 700 тысяч человек и семьсот тысяч из них расстреляно. Сосчитайте, содрогнитесь - получается, что в стране каждый день расстреливали по тысяче человек.

Моего отца арестовали в мае. Расстреляли в феврале. Бессчетно повторяется сон - его ведут темным туннелем под Лубянской площадью, вижу лишь спину, лица нет. И кричу: "Нет! Нет!". Голоса не слышу. Только выстрел.

Появился новый вид преступников - "член семьи изменника родины". Жены, дети с 15 лет, родители, братья, сестры.

Маму арестовали 10 декабря. Мне было четырнадцать. Первое письмо от нее пришло через два года. Увидела я ее в августе 1945-го. Посреди казахстанской степи, в Акмолинском лагере жен изменников родины встретились две женщины. За одной - четыре года армии и войны. Другая, как и 5 тысяч ее товарок по лагерю, еще не знает, что она давно вдова. Мать и дочь. Две уже разделенные судьбы. Каково-то было склеиваться?

Так статистика жертвах коммунизма (будь то в России, Китае, Вьетнаме, Камбодже, на Кубе), которую воплощает открытый сегодня мемориал, перекликается с судьбами.

Но Мемориал - не только память о погибших, это обращение к живым. И я сегодня хочу говорить об Америке. Случайный гость вашей страны, я очень по-доброму к ней отношусь. Всю свою сознательную жизнь я уважала ее за активную защиту нашей цивилизации в годы Второй мировой войны, за щедрость к странам, разоренным войной, к странам третьего мира, за трудолюбие, за широкую благотворительность (хотя она редко распространялась на тех, кто противостоял коммунизму) и за память о Сахарове.

Но в последнее время чувство уважения вытесняется жалостью.

Жаль Америку, когда спикер нижней палаты наносит ненужный визит в Сирию и надевает хиджаб.

Жаль Америку, когда госсекретарь, после того как саудовский принц отменяет свой визит в США, едет к нему и привозит план, ведущий к уничтожению Израиля - своего единственного союзника на Ближнем Востоке. И никчемное правительство Израиля с подачи Америки готово к переговорам об уходе с Голан.

Поднимитесь, господа, на гору и посмотрите вокруг. Не надо быть военным специалистом, чтобы понять: отдать Голаны - значит, самим скинуть Израиль в море.

И напомню: Сахаров неоднократно писал, что Америка своей дипломатией дважды взяла на себя ответственность за судьбу Израиля - и после Шестидневной войны 1967 года, и после войны Судного дня в 1973 году.

Жаль Америку, когда иранский фюрер, как куклу за ниточку, дергает США и весь мир своими ядерными играми.

И, безусловно, жаль Америку, когда, совершив множество ошибок, но всё же не проиграв войны, она заранее объявляет себя побежденной.

Главная ошибка - объявить целью войны построение демократического общества в стране многовекового шиитско-суннитского противоборства. На это потребуются десятилетия, а может, и разделение страны. Религиозная рознь часто бывает острее этнической.

Но, в отличие от южного и центрального Ирака, иракский Курдистан с населением в 6 миллионов человек добился широкой автономии и относительно стабилен. Чтобы волна насилия не перекинулась и туда, основные американские силы должны быть передислоцированы в Курдистан. Это изменит всю ситуацию в Ираке.

Конечно, возникнет противодействие со стороны Турции. Но эта страна со времен Ататюрка проделала колоссальный путь развития, и в любом случае проблемы с ней будут решаться дипломатическим, а не военным путем. Иракский Курдистан станет абсолютным союзником и верным другом США. Появится возможность значительно увеличить нефтедобычу в регионе, что, в свою очередь, стабилизирует мировые цены на нефть и несколько снизит агрессивность нефтяной политики других стран - поставщиков топлива.

Но самым важным результатом передислокации американской армии станет создание демократического анклава - если не во всем Ираке, то в одной его части. Ведь именно построение демократического общества было заявлено четыре года назад как главная цель войны.

Это путь от поражения к победе. Победа нужна американскому народу. Она нужна и нынешнему хозяину Белого Дома, и будущему президенту США. Она равно нужна и республиканцам, и демократам.

И не надо, чтобы Америку любили. Не надо, чтобы ее боялись. Надо, чтобы уважали.

Вернуться на главную страницу